Три запрета Таисии Полозовой

Она просто смотрела на укрытый снегом лес и думала, что в стоящем на вечной мерзлоте Наукограде зима, наверное, никогда не кончится. Впрочем, прошлое лето, непривычно жаркое, хотя и короткое, ей тоже запомнилось как сплошной тягучий день, полный новых непонятных задач и непривычных поручений. Она тогда только поступила на Аффинажный завод, и кое-как входила в ритм новой трудовой жизни.

Увлекшись игрой теней на все еще заснеженных еловых лапах, залюбовавшись по-весеннему ярким празднично лазурным небом, она почти не смотрела за лункой.

– Тася, скорее, клюет. Не спи! Удачу свою прозеваешь! – воскликнула Дуся, бросаясь к подруге на помощь.

Таисия покрепче перехватила удочку, которая рвалась куда-то под лед, но без подруги с непривычки точно бы не справились. Уж больно крупная попалась рыбина. Когда ее вытащили на лед, она еще какое-то время трепыхалась и даже попыталась укусить острыми, как иголки, зубами выгибавшего спину, грозно шипевшего Нелюба.

– Ну тебе, Тася, и повезло! – приплясывала на льду от радости Дуся. – Ты точно на рыбалке первый раз? Едва закинула удочку и тотчас поймала щуку! Будут на ужин рыбные биточки! Надо будет твоего Дмитрия Власьевича позвать!

– А он разве здесь? – удивилась Таисия, мигом забыв про улов.

– Бабушка сказала, еще с ночи приехал, – пояснила Дуся. – У него же кузница стоит по соседству с ее домом. Он частенько у нас бывает.

– А почему мне не сказал? – Таисия не могла разобрать, что в этот миг чувствовала, удивление или уже обиду.

– Да понимаешь, тут такое дело, не за простой работой он сюда пожаловал. Сегодня ж последнее зимнее полнолуние.

Таисия кивнула, вспоминая разговор про кольцо. В самом деле в окно до самой глубокой ночи, не давая спать, светила яркая, как электрический фонарь, желтая, круглая луна.

Рыбачить больше не хотелось, да Дуся и не настаивала, быстро свернув удочки. Здоровенная матерая щука стоила десятка карасей. В деревню возвращались кружной дорогой, идущей как раз мимо поставленной особняком от других домов почти возле самого леса кузни.

– Входи, Таюшка, – отозвался изнутри Полозов.

Видел он ее, что ли? Вроде бы все это время работал, к окну не подходил.

Таисия открыла дверь, и на нее дохнуло жаром кузнечного горна.