А-Два

- Получается, товарищ комиссар государственной безопасности второго ранга, - Эпштейн, вопреки обращению, перешел на тон менее официальный. - Очень интересная оперативная игра. Мало того, что парня, вернее, обоих братьев, надо выручать: все же наши, советские, да и перспективные донельзя, скажут спасибо и будут вечно обязаны. Еще можно почистить город от потерявшего берега криминала — благодарны будут уже смежники, им такие бандиты, да в связке со шпионами, совершенно не по зубам.

Ну и, наконец, попробовать забрать выпрямитель в ведение отдела! Выяснить, откуда они его взяли не просто в Союзе, а прямо в самом городе великого Ленина: вдруг там есть еще? Сами знаете, за возможность работать с таким инструментарием, пусть и по квоте, следаки будут на руках носить даже Вас, Парвиз Муслимович.

- Меня — вряд ли. - Тролль немного поднапрягся, послышался тихий звук, напоминающий треск раскалываемого камня, и на обращенном в тень лице показалась самая настоящая улыбка: начальство было невероятно довольно.

- Вряд ли. - повторил начальник внушительно, и добавил: - Не поднимут. А чего вы хотите, все-таки полторы тонны!

***

Ленинград, 18 ноября 2022 года. Здесь и сейчас.

Гюнтер Корсак, пенсионер.

В архиве Гюнтеру пришлось провести всего-то около полутора часов: ожидание совсем невеликое, во-первых, в сравнении с предыдущим, во-вторых, окончательное. Кроме того, в солидном государственном учреждении к отставнику отнеслись со всем почтением: вежливо приняли документы, усадили на удобный стул и налили отличного чаю.

К чаю полагались маковые сушки и сухарики с изюмом, поэтому спустя полтора часа Корсак оказался на крыльце архива не только довольным, но и почти сытым.

Город успело накрыть легким дождиком — тучка пришла со стороны Маркизовой Лужи, и Гюнтеру даже показалось, что погода пахнет морскими водорослями. Это, конечно, было невозможно: во-первых, Финский залив почти пресный, во-вторых, круговорот воды в природе не подразумевает испарения влаги вместе с солью и водорослями.

Население привычно ощетинилось зонтами, глифами ветровлагозащиты, и, кажется, даже резиновыми сапогами. Корсак немного поругал сам себя за то, что не обзавелся такими полезными штуками в первый же день пребывания в Ленинграде (под дождь он попадал уже не впервые), вздохнул и сошел с крыльца.