Обычная магия-2

вытащила сердце Кости. Дома сожгла его со своими волосами — всё, как там написано. Пепел поделила на две части и ссыпала в мешочки с кровью покойника. Слепила вот тут, — она опустила руку, — на полу, фигуру из земли.

— Откуда земля?

— Из садового магазина, — она тускло улыбнулась, — с бесплатной доставкой. Замешала туда землю с кладбища и воду со своей кровью. Положила внутрь второй мешочек. Нарисовала эти значки из блокнота. А утром он ожил!

Алина засмеялась, потом заплакала.

— Только это не Костя... холодный... молчит.

— Он приносил вам человеческие сердца?

Девушка заплакала ещё горше и судорожно закивала.

— Он не понимает, что так нельзя... но он же не виноват... Костя...

— Своего сердца нет, вот он и дарит чужие. Более-менее похожих внешне мужиков, — пояснил Бьёрн.

— А тот труп у торгового центра? — спросил Руслан.

— А это, видимо, подарок на День Влюблённых! — невесело усмехнулся наставник — и вдруг вскинулся, словно что-то услышал, схватил табурет и развернулся к двери.

— Костя! — вскрикнула Алина.

В комнату ввалился высокий парень в сером пуховике. Вид у него был как у маньяка из кино: пустые мёртвые глаза, топорик для мяса из Алининого набора в правой руке, левая испачкана чем-то тёмным.

Запах сырости усилился, стал навязчивым и тревожным.

Голем кинулся на Бьёрна, размахивая топориком. Топорик, покрытый тёмными разводами, завяз в подставленном Бьёрном табурете. Видящий отшвырнул нападавшего в коридор, оттесняя от ученика и девушки.

— Костя! — снова крикнула девушка.

Голем оскалился и набросился на противника.

— Вы можете его успокоить? — на всякий случай поинтересовался Руслан, не сводя глаз с наставника.

— Нет... там написано, что он должен меня слушаться, но я не хотела, чтобы он был как робот. Я хотела, чтоб он был самим собой, Костей. Я хотела, чтоб он вернулся!

Голем дёрнулся раз, другой — и начал разворачиваться, ломая зажатую противником руку.

Бьёрн выругался и оттолкнул “Костю”, опрокидывая на пол.

— Не смей! — взвизгнула Алина. — Не трогай Костю!

Девушка вскочила и кинулась к стене с ножами. Руслан схватил её, прижимая руки к бокам. Алина вырывалась, как бешеная, повторяя:

— Не смей! Не смей! Не смей!

Руслан сжал девушку сильнее, но понял, что не удержит. Ярость придавала хрупкой Алине свирепую мощь.