Море волнуется два...

Отсутствие других признаков жизни в округе вообще говорило о том, что, по крайней мере, засада юную марену в пещере не ждала. Это не исключало наличие механических и магических ловушек, но хоть немного упрощало дело.

Только подойдя почти вплотную к входу в пещеру, я обнаружил вампира, следующего за мной бесшумной тенью.

- Чего приперся? – одними губами поинтересовался я.

- Я с тобой, - решительно заявил непрошеный спутник.

- Пшел отсюда, - постарался проговорить слова очень четко, на случай, если этот дурак плохо читает по губам.

Вот привязался! Алекс мотнул головой и жестами показал, что он подождет здесь. Я закатил глаза, всем своим видом демонстрируя, что с такими помощниками никакие враги не нужны. В самом деле, что я, с девчонкой не справлюсь? Волколак, конечно, стал неприятной неожиданностью, но если грамотно распределить Силу, может, ее даже хватит. Вампир упрямо нахмурился и, потыкав пальцем в волчьи следы, указал на себя. Он собирается взять на себя волка, который даже на четырех лапах ему по плечо? Обхохочешься.

Скрежещущий звук камня о камень, донесшийся из пещеры, положил конец нашему спору. Что там происходило? Она открыла тайник? Выяснять отношения с вампиром стало некогда, да я и не собирался. В конце концов, никто не обещал Готлибу вернуть сотрудника в целости и сохранности.

Я заметил девушку еще от входа. Николетта стояла неподвижно, держа что-то в руках и, видимо, увлеченно это рассматривала. Компанию ей составлял матерый волколак. Здоровый какой! За мгновение до моего появления, он, видимо, о чем-то говорил марене, но тут же насторожился, чуть не сбил ее с ног, разворачиваясь, и глухо зарычал.

- Ну, здравствуй, Николетта, - проговорил я.

Марена резко обернулась. Я сделал несколько шагов, недоумевая, почему ее охранник до сих пор не бросился, и остановился в круге света, падавшего в одну из трещин потолка пещеры. Мгновения убегали, как волны прибоя, а я все пытался понять, что пошло не так. Перевел взгляд на марену, да так и застыл, не хуже волка.

Я смотрел, как дурак, в ярко-аквамариновые глаза, в которых не было обычного страха - только безграничное удивление и...