Петербургские истории

– Ага, овощи!..

Мы взяли картошки, лука, морковки, прочего – еще две сетки и тележку доверху.

– Ну, а теперь можно и за посудой!.. – я потерла лапки, – идем, тут рядом!

– Тоже твои знакомые? – Дима пыхтел сзади, стараясь не толкаться.

– Ага. Я тут половину рынка знаю. Часть со мной в школе училась, часть, как ты, приехала, квартиры-комнаты снимает. Питер, конечно, город большой!.. Но – маленький.

Дима фыркнул.

Мы добрались до ларька, заставленного кастрюлями и сковородками всех видов. Перед ним и вокруг на широких листах фанеры разложены и расставлены стопки чашек, тарелок, горки ложек-вилок, стройные ряды шумовок и половников… в общем, поварской рай.

– Радик, привет. Значит, так: мне вот эти две пластмассовые кружки, а этому молодому человеку надо…

– Жениху? – бесцеремонно перебил меня продавец.

Я фыркнула и чуть не покрутила пальцем у виска:

– Соседу по квартире.

– А… – Радик разочарованно вздохнул, но собрался, – так что надо?

– Так!.

– Эта подойдет? – он достал тяжелую, огромную, для столовских объемов теста.

– Ты чо?!! Давай небольшую, чтобы удобно на кухонной тумбе работать.

– А, – продавец кивнул и достал отличную скалочку из темного дерева, – из гевеи, еще правнукам служить будет!

– Пойдет. И формы у тебя еще были, для духовки.

– Это тут, – он сделал шаг вправо, к угловому столу, – тебе какую?

– Пирекс есть?

– Только круглые, – тыкнул пальцем.

– Жаль. Давай тогда Аппетите. На пару литров, не больше.

– Есть набор из двух, одна на семьсот грамм, вторая на литр двести.

Я задумалась. Дима кивнул.

– Заверни. А!.. Еще венчик надо.

– Выбирай, – он показал на ящик со всяким мелким хламом.

Я покопалась, достала хороший венчик и еще две лопатки – пластиковую и деревянную. Добавила такую же ложку для помешивания:

– Вот. Сколько с нас?

Радик взял замызганный калькулятор и начал считать, старательно тыкая в кнопки и шевеля толстыми кавказскими губами.

– Шестьдесят, только для тебя, родная!..

Я прикинула и кивнула:

– Окей. Дима, расплатись.

Дима, до этого сжавшийся в ожидании суммы, выдохнул и полез за бумажником. Мы расплатились, бережно засунули все в рюкзак.

– Домой?

– Домой.

Непринужденно сунула соседу в руки одну из своих авосек, и мы пустились в обратный путь.

Дома все было тихо. Почти: в комнате Люськи ревела музыка. Прислушалась.