Неприятно познакомиться, ведьма

Если я, конечно, правильно поняла его намеки. Ну а кто ещё, кроме многоуважаемого Влада, мог одновременно и указать на мои недостатки, и похвалить свои достоинства? Я давно заметила за ним такую особенность.

Мы познакомились, когда мне было двенадцать. Спустя пару месяцев после произошедшей в моей жизни трагедии. И, так как после этой трагедии я стала злой и замкнутой, Влад такой меня и узнал. Такой я осталась и сейчас. Так что, по крайней мере, на это хотелось надеяться, большим откровением моя капризность для колдуна не стала.

Мелкая инфантильная девчонка. Действительно, куда уж мне. По возрасту Влад превосходит меня на один целый и две трети года. По интеллекту между нами расстилается пропасть. Понятно, конечно, на каком я конце.

Он коснулся плеча, и я обернулась.

Влад молчал. Не зря: злопамятный как сам черт. Ждет, пока я прокомментирую его пламенную речь касательно блинчиков, которые он приготовит специально для меня.

Этим он тоже меня нервирует.

Зануда.

— Обойдусь, — отозвалась я. — Руку убрать можно.

— Опять убежишь.

Не убирал.

— Ноги у тебя тоже ничего, так что догонишь, — предложила я.

— Эти игры не могут длиться вечно.

— Конечно! — воскликнула я. Вот же занудный! Ещё лекцию мне прочитай, я как раз посплю ещё пару часиков к тем тринадцати, которые я проспала. — Они будут длиться ещё дольше.

— Яна, — он качнул головой.

— Вла-а-ад, — протянула я заунывным голосом. — Может, действительно уже отпустишь? Я чай очень попить захотела с воздухом.

— Когда ты повзрослеешь? — уточнил он безнадежно.

Руку все же убрал, чему я была безумно рада. Смущает меня как-то его ладонь с длинными цепкими пальцами на моем плече. — Похоже, я не дождусь этого события.

— И снова в яблочко. Оно наступит никогда, — я вздохнула. — После детства ко мне сразу придет старость. Годам так к семидесяти. Если доживу, да.

Я развернулась и направилась к двери.

Влад последовал за мной. Шух-шурух. Очень толстая и неуклюжая мышка. Не то что мой Хомячидзе. Не забыть бы и этим вечером отправить сообщение отцу, чтобы моего несчастного крошку покормил.

У нас с отцом память странная: мы всегда забываем все самое важное, но глупые и абсолютно неважные мелочи сидят в голове, как прибитые, и напоминают о себе в самый ненужный момент.

Биологичка говорит, что это рассеянный склероз, но я ей не слишком-то и верю.

Я остановилась около самой двери и, развернувшись к Владу, вдруг спросила:

— Почему тетя тебя впустила? Да ещё и приняла так радушно.