Неприятно познакомиться, ведьма

Но лучше так, чем сгореть под его лучами, что на первый взгляд кажутся такими безобидными. Такими желанными.

А потом солнце погасло, плотность окружающей среды уменьшилась, и я оказалась в помещении с голубыми стенами. Новый уровень: не сокровенные желания и жгучие воспоминания, но и не проблемы, которые волнуют Ярослава вот прямо сейчас. Что-то между.

И здесь, в одной из стен, на таком месте, где, может, когда-то должно было находиться окно, зияла черная дыра, обвал в каменном полотне. Я приблизилась к ней и замерла.

За дырой расстилалась непроглядная тьма.

Сердце на секунду замерло. Вот и они, проделки нечисти. Бедный, бедный Ярослав! А не бедные ли мы, черные? Мы ведь добровольно создаем в своей душе такие дыры.

Я протянула руку, попробовав прикоснуться к тьме, но она отбросила меня назад, и я поняла, что падаю. А в следующую секунду открыла глаза.

Яр держал меня в объятиях: я облокотилась на его плечи, как тряпичная кукла. Но тряпичная кукла Яна оказалась ну очень чувствительной. Она с легкостью почувствовала тепло Ярикового тела, тут же пришла в себя и подскочила с кровати.

Ярослав внимательно посмотрел на меня.

И я произнесла, решив не концентрировать на этом маленьком происшествии внимание:

— Да. То есть, она забрала.

— И как ты это определила? — поинтересовался Яр.

— Есть у души несколько уровней, — начала занудным тоном я. — Первый у тебя — голубой кисель, и он в порядке. А вот со вторым проблемы. Там голубые стены, и в одной из них — дыра. Я решила ее немного изучить, но вот случилось что-то не то.

— Поэтому ты и упала?

— Я упала? Ох, — покачала головой. — Тогда спасибо, что словил. Кстати, о деле. Можешь не переживать — эта частичка души обязательно к тебе вернется…

В отличие от множества моих частичек души.

— …когда я закончу то, что должна. Спасибо за помощь и все такое.

И я пристально взглянула на Ярика.

— Ты уходишь? — спросил он.

Ох, бесстыжий! Одеяло так и не поправил. Я, конечно, понимаю, что он не невинная девица, чтобы делать себе домик из одеяла, но мог хотя бы немного постесняться меня! Никакого уважения к черным ведьмам.

— Ухожу, естественно, — отозвалась я. 

— Далеко?

— Да…

«Леко» застряло в горле, и я так его и не произнесла. Зато вытащила из объемного кармана джинсов черный фонарик, найденный ночью, и протянула его Ярославу.

— Это, насколько я помню, твое.

— Откуда? — удивился он.

Я коварно улыбнулась и направилась к окну, по пути приметив кеды и способ их возвращения.