Неприятно познакомиться, ведьма

Наверное, Владику опять беспокойной жизни захотелось. Давно душами не сорил… и все такое прочее, да.

В это же время двери распахнулись, и в зал вошел отец. А тут я во всей красе: смущенно-красная. Хотя бы не в ночнушке.

— Мало того, что просыпаешься ты слишком поздно, ты ещё и тратишь время попусту, Яна, — намекал отец на смартфон в моих руках.

Вот сразу видно, у кого я научилась начинать разговор без всяких приветствий.

— Я отвечаю на письма, — заметила я, поднимаясь с незаправленного дивана, и убрала телефон в карман джинсовых шорт.

— Кто же, позволю спросить, их тебе пишет?

И отец подошел ко мне.

Если бы я была впечатлительной девочкой лет двадцати, никак с этим чудесным мужчиной не связанной, я бы, может, и затрепетала, как птичка в клетке. Все-таки по объективным меркам отец был красив: высокий, но не такой баскетболист, как Влад, с аристократичным лицом и сильными мужскими руками, на пальцах которых отсутствует обручальное кольцо.

Но это был мой отец, и я знала его чуть больше, чем все остальные.

По крайней мере, мне хотелось верить, что это так.

Взгляд серо-зеленых глаз отца — совершенно спокойный, но с каким-то налетом мудрости… и усталости, что ли, тщательно скрываемой от окружающих. Между бровей пролегают морщинки. Черные волосы начинают седеть: нет-нет, да прошмыгнет белая паутинка. Я почему-то уверена: поседел он не только от старости. Отцу пришлось пережить как минимум две потери — о них я знала сама, от них мы страдали вместе. Но сколько потерей он от меня скрыл?..

Та женщина… Которая звала его во время одного из наших последних разговоров.

Я ведь даже имени ее не знаю, не знаю ее значение в жизни отца. И то, сколько таких дамочек у него было. А остальное? Где отец вечно пропадает? На собеседованиях? Пф. Они не вечно длятся. А правильный ответ назвать я не могу. Зато осмеливаюсь утверждать, что знаю что-то об отце.

Нет. Ничего.

Ни о нем, ни о матери.

Я отвела взгляд в сторону и все же ответила на вопрос терпеливому к моим внутренним рассуждениям отцу:

— Мне пишет Влад.

— Я поговорю с ним, и он больше не напишет тебе ни единой строчки, раз такое общение отвлекает тебя от дела, — заметил отец.

— Это жестоко…

— Ты сама утверждала, что нечисть опасна. Разве можно справиться с ней, бездействуя? Я приехал с намерением посмотреть место, где обитает эта нечисть. Но что я вижу?

Мне захотелось закатить глаза куда-нибудь далеко-далеко, откуда выкатить их никому не удастся.

— Я готова идти, — заметила, стараясь сильно не нервничать.