Самый главный Дар

При виде него, Фрозель вытаращил глаза. Аппарат имел белоснежный корпус и денежные ящики, а многочисленные ручки и кнопки были золотыми.

– Вы где его нарыли? – вырвалось у Фроста. – Такой древности уже лет сто не выпускают!

– А вы почём знаете? – прищурился Орион. – На вид вы моложе!

– Я-я… – заблеял недомерок. – Я видите ли, увлекался антиквариатом… И вот…

– О, замечательное увлечение! – оживился ангел. – Было время, и я увлекался подобным! Очень интересно! Я смотрю и трость у вас под старину? Позвольте взглянуть? – и он, будто ненароком протянул руку к стоявшей у клиентского кресла трости.

– Нет! – Фрозель так резво подскочил, будто его шилом кольнули. – В смысле… Трость мне очень дорога! Я… мне не нравится, когда её трогают чужие руки…

– Понятное ощущение, – ничуть не расстроился Орион. – В таком случае, вернёмся к нашим баранам!

– Каким баранам? – оторопел покупатель.

– Полевым, – любезно пояснил ангел. – Вам осталось внести оплату и дело в шляпе! Поле ваше!

– А… ясно, – Фрост уставился на бело-золотого кассового гиганта, словно ожидал, что тот сейчас оживёт и заорёт: «А ну, давай сюда свои деньги!»

Орион нажал на аппарате несколько кнопок и на чёрном экранчике, в верхней части аппарата, загорелись комбинации букв и цифр.

– Немного усовершенствованный, – пояснил ангел, ошарашенному клиенту. – С электроникой попроще, как полагаете?

Фрост только промычал невнятное, продолжая рассматривать циферки и буквы.

– Вот, собственно, способы оплаты и суммы, – пояснил Орион.

Фрост похмыкал и ткнул грязным пальцем в одну из строчек.

– Замечательно! – сияя, так раздражающей Фрозеля, улыбкой, Орион нажал ещё одну кнопку. Справа из аппарата выдвинулся прямоугольный поддон – монетник.

– Пр-рошу! – жестом указал на него ангел.

Фрозель Фрост залез во внутренний карман потрёпанного пиджака и вынул небольшой мешочек, сшитый из бархатной коричневой ткани. Перекосив рот, будто пытаясь прожевать лимон с горчицей, Фрост высыпал содержимое мешочка на монетник.

Орион дёрнул ручку кассы вниз – из узкой прорези, напоминавшей презрительно сжатый рот, пополз с шуршанием длинный чек. Ангел аккуратно оторвал его и степлером прикрепил к Контракту.

– Ваш экземпляр! – любезно протянул он бумаги Фрозелю.