Самый главный Дар

Тот, у кого хорошо развито шестое чувство, очень ценит способность вовремя придти на нужное место. И вовремя уйти оттуда.

Орион человеком не был, и потому интуиция у него была развита на полную катушку.

Ангел прислушивался к ней и потому успел в нужное время переместиться в нужное место – в свою сферу наблюдателя; оглядеться и щёлкнуть пальцами, убирая пыль недельной давности; занять место за столом и принять позу «Подыхаю от тоски». Как только правая рука Ориона заняла место в его шевелюре, а левая дёрнулась залезть в нос на предмет поиска козявок – дверь распахнулась.

Так как единственной точкой опоры в этом мире была невероятно высокая скала, на которой и располагалась сфера наблюдателя, то сразу за порогом открывался вид на плывущие над пропастью облака. И, разумеется, кто попало, кто-нибудь неожиданный и неприглашённый, войти в сферу не мог.

Поэтому, разумеется, за открытой дверью стоял ещё один ангел.

Он чем-то неуловимо смахивал на сидящего за столом, и в то же время был совершенно от него отличен.

– Орион! – ангел быстро схлопнул крылья и шагнул ближе к столу. – Рад видеть тебя в добром здравии!

– Мы ж ангелы, что нам сделается, – проворчал наблюдатель. – Здравствуй, брат. С чем пожаловал? Или просто в гости, елейчику попить?

– По делам, конечно, по делам, – смущённо отозвался пришедший. – Ключи новые подоспели, я и принёс.

И он брякнул на стол огроменную связку.

– Что-то многовато подоспело!

– И не говори! Миры ныне открываются пачками! Говорят, аномалия какая-то в Космосе… Опишешь их?

– Куда ж я денусь? – ворчливо отозвался Орион, старательно зажимая в себе радость – столько новых миров! Это ж сколько можно контрактов заключить!

– Ну, да, ну, да… Работа у тебя такая, – смущённо покивал гость.

– Четыреста пятьдесят! – отчеканил кабинетный работник.

– А… ну… не так уж и много… ты уж потерпи…

– Терплю, терплю, – с улыбкой отозвался Орион.

– Да, да… Работай, Орион, работай! Всего хорошего!

– И тебе не кашлять!

Принесший ключи открыл дверь, распахнул крылья и шагнул в облачную бездну.

Оставшись один, Орион Нереидович вынул из стола большую и невероятно толстую тетрадь и пушистое золотое Вечное перо. Налил в чернильницу Вечных чернил. Потом разомкнул кольцо на связке и взял первый ключ.