Свитки Серафима

Рост, телосложение незнакомца напомнили Алексею о первой ночи в городке, когда одинокий и неприкаянный историк сидел на чемодане посреди улицы. Не этот ли посетитель так внимательно разглядывал здание?

Разговор оставался тихим и, казалось, очень осторожным. Оттого Алексей, увлёкшись книгой, не сразу осознал, что его одиночество нарушено. Таким же настороженным показался ему и поворот головы собеседника библиотекаря. Неприятное внимание к собственной персоне кольнуло молодого историка.

Избегая взглядов незнакомца, Алексей вернулся к книгам.

Его более всего заинтересовало издание летописи города, но, кроме этого, неясным оставался вопрос с «Сакральным даром». Словосочетание, услышанное от строгого мужчины, на которого работала Оксана, засело в сознании.

Тщательно просмотрев несколько страниц летописи, он понял, что, изучая и вчитываясь, можно просидеть неделю. Тогда Алексей обратился в конец книги, где составитель позаботился о будущих читателях и приложил краткие комментарии. Своеобразный словарь был выстроен, как полагалось, в алфавитном порядке.

Алексей с силой сжал карандаш, готовясь записывать.

Глава 10

Стёпка чувствовал, как гулко ухает сердце, отдаваясь и в горле, и в висках сразу. Непонятный страх перед неизвестным сузил сознание до невидимой точки.

— Господь даст, не узнаешь никогда, почему, — дядька Лука помолчал и присел рядом. – Слишком хороша работа, но великая сила вгоняет человеков в страх. Где ты лик-то сей видел?

Стёпка насупился.

— Ну, распустил губищи-то, — богомаз толкнул мальчика в бок.

— Хороша работа, похвалить тебя могу. Дар у тебя, отрок. Не всякий дар в добро человеку бывает, но всегда в добро людям. Смекаешь?

— Смекаю, — вздохнул Стёпка, вспомнив о том, как горело городище и холодел в сердце железный стержень. – Только и людям добра от меня не будет.

— Это ты зря. Дар для людей даётся. Дарованному может быть проклятием, но коль от Бога дар, то людям во спасение будет.

— Я людей погубил. — Стёпка низко опустил голову и рассказал правду дядьке Луке.

Тот слушал внимательно, не перебивая. Затем, подняв лицо мальчика за подбородок, посмотрел в глаза.

— Запомни, только господь может делать то, в чём ты винишь себя. Никому из людей не под силу это. Странник спас жизнь одного, потому как ждёт тебя путь не из лёгких, но во славу дара.

— Я желал, чтобы всё изменилось, и не было кузницы, — всхлипнул Стёпка. – И это произошло.

— Это случилось не по твоему желанию, но по воле бога.