Переулок

Затем несколько безуспешных операций. Экспериментальное лечение за рубежом... А мальчик бледнел, тощал и чах. И в итоге словно растаял, как снеговик по весне. Диагноз так и не смогли поставить ни здесь, ни за рубежом. А Алиса... Алиса сменила нескольких психологов. Какое-то время даже посещала церковь слабо веря в результат. Собственно, она и в колдовство той старухи верить не хотела. Но сердце сжималось и кровоточило всякий раз, когда она вспоминала о оставленных, будто бы в прошлой жизни, родных.

***

— Ты! Ведьма! Верни, всё как было!

Старуха лишь улыбнулась и похлопала по скамейке, предлагая Алисе сесть.

— Что ж ты, доченька, воздух зазря сотрясаешь. Что просила-та, помнишь?

— Помню!

— Что в оплату должна была, помнишь?

— Помню, но...!

— Что хотела, получила?

— Да, но...?

— Так ко мне-та какие претензии? – старуха скосила на багровеющую Алису насмешливый взгляд.

— Это... Слишком!

— Да? И чьё же счастье ты считаешь достойной оплатой своей блажи?

— Блажи? Я же ведь.

— Что? Совесть заела? Не дождалась, не дотерпела. Руки опустила и плюнула вслед. Что тебе чужие судьбы? Неужто прошлогодний снег? Чего было – не вернуть. Своей рукой ты вскрыла суть. – нараспев протянула старушка. Воздух с каждым словом становился всё холоднее. Пальцы на руках и ногах Алисы стало неприятно покалывать.

— Как? Как исправить?

Старуха рассеялась тонким, почти мультяшным противным слуху хохотом, сильно запрокинув голову. Алиса в порыве развернуть её к себе и добиться хоть какого-то ответа, схватила стуруху за плечо.

С тихим хлопком старуха рассыпалась шуршащей скукоженной листвой. В руке у Алисы осталась лишь старая цветастая шаль. Но и она за долю мгновения превратилась в россыпь засушенных, подёрнутых инеем лепестков, и разлетелась. Студёный ветер подхватил их, и закружил в быстро расширяющуюся воронку. Всё, чего касался хоть один лепесток, будь то мусорный бак, детская горка в ближайшем дворе или соседний дом — мгновенно взрывалось и рассыпалось такой же промёрзшей прошлогодней листвой.

Жжение внутри стало нестерпимым. Алиса хотела закричать, но горло сковало льдом. Холод неумолимо полз выше.

***

— Девушка, вам плохо? Ей, вы слышите меня?

Даже несмотря на то, что женщина показалась ему очень знакомой, Эдгар подавил в себе желание потрепать её по плечу. Достав телефон, он поочередно набрал полицию, а затем и скорую, мало понимая, что делать в таких случаях.

Взгляд Алисы застыл.