История вторая: "Ведьмин Круг" ver:1.03 (FuLL)

Она без мужа живёт, из родственников в Москве только престарелая мать, вот ей и приходится брать больничные.

— Печально, но чем я могу помочь? — на самом деле обычная ситуация, вот только я не сразу сообразил, что это Дашка так сильно впряглась за свою подругу.

— Это уже третий больничный за два месяца. За это время она проработала от силы две недели. Я боюсь, Юрий Борисыч очень разозлится, когда узнает об очередном бюллетене, — Дашка перешла на шёпот. — Я уже слышала, как он ругался и хотел уволить Василису, если она снова уйдёт на больничный в разгар сдачи квартальных отчетов.

— Да брось ты! — сама мысль что Борисыч может поступить так бесчеловечно, не укладывалась у меня в голове. Директор хоть и ярый блюститель труда, но увольнять человека за больничные, да тем более по уходу за ребенком... — Да не будет Борисыч так поступать, точно нет! А что с ребёнком-то? Опиши конкретно!

— Я так её и не поняла, температура у него повышается, вроде как, врачи не могут найти причину.

— Василиса ко мне не обращалась, даже не знаю, что там происходит, — теперь была моя очередь разводить руками. — Я, конечно, с ней поговорю, когда она выйдет на работу.

— Как бы Борисыч не уволил её... — Мохова снова ломала пальцы.

— Ну если что, я, конечно, за нее впишусь, — уж очень не хотелось брать на себя лишние обязательства, но на что не пойдешь ради Дашки. Тем более когда после этих слов её лицо расцвело улыбкой.

— Тьфу ты! Развели как мальчика! — Яр проводил Мохову недобрым взглядом. — Поимеют тебя как-нибудь за твою доброту.

— Дашка? А я и не буду против... — глупо гоготнул я, но уничтожающий взгляд предка отбросил в сторону все шутки.

— Ну, и как твоя встреча с тем следователем? — он упёр руки в бока, а у меня прорезался нервный смешок. Хорошо, что посетителей больше не намечалось. Плохо, что я так и не успел поэкспериментировать с пентаграммой.

* * *

— Ярцев, ты рехнулся! — единственное, что сумел произнести Яр, когда выслушал мой рассказ.

Рабочий день заканчивался, и я уже собирал вещи.

— А у меня есть выбор?! Федорович спас наши шкуры тогда, десять лет назад. Теперь ему нужна моя помощь...