Молчание волков

Глаза — голубые льдинки, смотрели с выражением, которое сложно описать.

Из-за тонированных стекол машины и освещения пасмурного дня ее бледная кожа имела фиолетовый оттенок, в тон ее черно-лиловому кителю под плащом. На вороте кителя поблескивала металлическая застежка в виде морды волка. Что означают шевроны на ее груди, я не знал, но понятно, что девушка передо мной очень не простая.

— Под скамьей ботинки, — сказала она. — Возьми шапку и накинь это.

Она показала на висевшую на крючке серую шинель без знаков различий и дала мне черную вязаную шапку.

Ее я сразу надел и убедился наощупь, что теперь шрамы на голове полностью скрыты. Потом натянул высокие черные ботинки. Размер подошел точно, как и шинель. Сразу стало намного комфортнее. Я и не помнил, каково это — сидеть в тепле.

— Буду называть тебя Джем, — заявила она. — Ты можешь звать меня Р.

— Эр? — переспросил я.

— По первой букве текущего позывного, — кивнула она. — знать который тебе не обязательно.

— Можно вопрос?

— Конечно. Задавай.

— Почему Джем?

— Сокращенно от твоей старой фамилии, которую ты все равно не помнишь, — ответила она.

— В общем, это не имеет значения.

В самом деле. Какая разница, если я ничего не помню. Джем так Джем.

После некоторого молчания, она продолжила.

— Как ты, наверное, уже догадался, я знала тебя, твою личность, до перевоспитания. Эта процедура теоретически позволяет избавиться от негативных качеств, преступных намерений и прочих разрушительных наклонностей, которые и привели тебя на скамью подсудимых.

Но технология экспериментальная, в результате бывают осложнения с другими участками мозга и серьезные проблемы с памятью. Лейб-медики говорят, что перевоспитанный постепенно все вспомнит, но недолгая практика показывает, что верить этим лекарям — слишком оптимистично.

— То есть, могу и не вспомнить? — спросил я.

— Скорее всего, ты ничего уже не вспомнишь, — ответила Р. — Так оно даже будет лучше, во всех смыслах. К тому же, раньше ты был не самым приятным собеседником.

Ее мимолетная улыбка смутно напомнила мне что-то из прошлой жизни.

— А сейчас я более приятный собеседник? Я же почти ничего и не говорю.

— Вот именно, — она кивнула и подалась вперед. — Мы не были друзьями, знаешь ли. И говорили не часто. С прежним тобой было очень непросто найти общий язык. Но я выбрала тебя, потому что знаю: процедура первичного перевоспитания не влияет на рефлексы и боевые характеристики. Извини, когда определилась с твоей кандидатурой, твоего согласия я не спросила.