Песнь Лунной девы

– М-да, знал бы, что им же получу, послушал бы совета Марии Семеновны о выпуске серии брошюрок.

– Ну извините! Будет вам наука на будущее – мнение опытных сотрудников надо уважать. Какого вы вообще здесь делаете?! Вы же в отъезде до десятого января? Откуда же я знала… Я думала вы преступник или призрак. Николай на прошлой неделе, говорят, видел…

– Что за чушь ты несёшь?

Ну да, согласна. Но мне простительно – я испугалась.

– Так что вы делаете здесь в нашем бренном городе, а не на раскопках?

– Я кое-что нашёл! – прошептал Максим, заталкивая меня в директорскую.

Проходивший мимо охранник недоуменно замер.

– Максим Сергеевич? Кристина Валерьевна?

– С наступающим, – ответили мы одновременно.

Мои щёки покраснели. Боже, какую картину увидел этот человек? Директор одной рукой держит меня за плечо, вторая лежит на пояснице… И мы идём в кабинет! Ну, всё, после праздников я не смогу смотреть коллегам в глаза!

– Ой, что люди скажут? – пробормотала, усаживаясь в директорское кресло – хоть какая-то компенсация за моральный ущерб.

– Что мы спим вместе. Короче, ничего нового, – невозмутимо ответил Максим Сергеевич. – Да расслабься, – отмахнулся директор, заметив моё возмущение при упоминании местных сплетен. – Мы, кстати, можем реально переспать, и тогда тебе не придётся никого переубеждать!

Так! Ещё слово и я запущу в него чучелом совы, красующимся на шкафу.

– К делу! – сказала, скрещивая руки на груди.

Директор скривился, как будто ему в рот затолкали горькую редьку, присыпанную жгучим перцем.

– К сожалению, ты не устаешь мне об этом напоминать!

Наедине мы довольно часто переходили на «ты».

Дело в том, что и я, и Максим учились на истфаке и часто пересекались в неформальных компаниях. Директор в те времена был пятикурсником, помешанным на археологии.

Он, будучи «настоящим мальчиком», болел мечами, кинжалами, доспехами и информацией, как в средние века люди калечили, пытали и убивали друг друга.

Я, будучи самой «простой девочкой», была помешана на быте, шмотках и том, что называется «как люди жили, как тонко чувствовали».

Так мы и оказались в одном историческом клубе «Золотой меч».