Только для проверенных товарищей

— Я так понимаю, Далматова затребовала, чтобы ты подал ей меня на блюдечке с голубой каёмочкой. И как, хочешь попробовать?

— Они забрали моих учеников, — напомнил я.

— Сочувствую, — судя по тону Света, на детей ему было наплевать. — Что, осуждаешь?

То ли он мысли мои читает, то ли это взгляд у меня такой выразительный.

— Я за них в ответе. Ты за себя можешь постоять, они — нет.

Не то чтобы я ждал, что Белогоров согласится с моими доводами и радостно побежит на встречу с Далматовой, но и скрывать свою позицию не видел смысла.

— Что, эти выродки уже грозились убивать по школьнику каждый час, пока я к ним не выйду?

В интерпретации Белогорова то, чего я в глубине души опасался, звучало более чем обыденно — как скучная рабочая рутина — к сожалению, совершенно неминуемая.

— Пока нет, — сдержанность моего ответа была продиктована подскочившим напряжением, связанным с ожиданием худшего.

— Тогда у нас ещё куча времени, — ухмыльнулся Свет. — Дыши, Виктор, ничего страшного пока не произошло. Худшее впереди.

Я посмотрел на него с немым укором. Для того чтобы выражать возмущение более активно, я тоже знал Белогорова слишком хорошо: его бы это только позабавило.

— Значит, так. Когда с тобой свяжутся снова, расскажешь, что видел меня в школе, но мы не сошлись во мнениях относительно дальнейших действий, и я ушёл. Детей тебе, конечно, не отдадут, но им понадобится время, чтобы всё проверить, а это нам на руку.

— Нам?

Свет подпёр подбородок рукой, изучающе глядя на меня.

— Нет, ты, разумеется, можешь отказаться от моей помощи.

— О, так ты мне тут, оказывается, помогаешь, — не вытерпел я. — Извини, не догадался. Я-то думал, у меня из-за тебя проблемы, а оно вон как на самом деле.

Взгляд Белогорова похолодел.

— Ермолаев, не борзей. Ты ещё Вадику спасибо не сказал за то, что смог сегодня с Измайловского ноги унести. Как, по-твоему, кто избавил тебя от преследования на рынке? Кто перерезал «Лассо» и так вовремя подсунул тебе шапку-невидимку?

Я нахмурился.

— И не говори потом, что я за тобой не присматривал, — назидательно резюмировал Свет.

— Да если бы ты не заварил эту кашу, ничего этого вообще бы не случилось, — возразил я.

— Виктор, не тупи. Эту кашу, как ты изволил выразиться, заварил не я, а такие, как Далматова.