Знаток. Заложный

Максимка остановился, глубоко вздыхая и стараясь прогнать из головы всё увиденное сегодня ночью. В утреннем лесу было влажно от росы, терпко пахло смолой, хвоей, мхом – чем угодно, только не гарью от сгоревшей дотла избы.

На плечо ему легла рука Демьяна. Знаток задумчиво смотрел в то место, где пару минут назад находился его заклятый враг, унтер-офицер гитлеровской армии. Пауль Хиршбек, отказавшийся подчиняться сатанинскому приказу.

– Как ты это зробил? Я ж говорил – нельзя с ним балакать, дурынь ты.

– Вот, дядько, белян-трава, – Максимка продемонстрировал пучок каких-то мятых листьев. – Вы мне утром показывали, казали, от морока поможет. Ну я и нарвал…

– Хм… Лады, экзамен сдан заочно. Токмо на неё ещё заговор надобно знать. Здавацца мне, немчура сам нас услыхал и зразумел, что неживой он.

– И шо теперь, дядько?

Демьян поморщился от боли, помассировал отбитое плечо. Через рубаху сочилась юшка. Посмотрел на пальцы мальчика, все в засохшей крови.

– А теперь домой, лечиться и спать. Откопаем ужо завтра. И пахаваем его, так и быть, як следует – не всем же пред Богом грешными ходить.

Где-то далеко, за лесом, через просеку заголосил петух. И тучи, будто облегчённо выдохнув, пролились на землю очищающим, библейским ливнем.

***

Анна Демидовна с интересом смотрела на необычную парочку – своего ученика из школы и местного знатка, про которого слухи ходят один другого любопытнее.

– Письмо написать, в ГДР?

– Агась, Анна Демидовна, – закивал Максимка.

Он отдал учительнице фотокарточку. Та почти не пострадала за время, проведенное в земле — была накрепко зашита во внутренний карман плаща. На чёрно-белом изображении был запечатлён молодой блондин в обнимку с симпатичной женщиной, у их ног стоял такой же белобрысый и щекастый пацан возраста Максимки, сжимающий игрушечный автомат.

– Хорошо, я напишу, – хмыкнула учительница. – И даже отправлю с почты, завтра как раз в райцентр еду.

– Вы нас сильно обяжете, – прокряхтел странно молчаливый знаток. Демьян на кой-то ляд вырядился сегодня, надел выходной костюм, только туфлей не нашлось, брюки поверх сапог. И медальку «За отвагу!» прицепил. – Анна Демидовна, да?

– Всё верно, Демьян Рыгорыч, – она улыбнулась и поправила прядь волос за ухо.