Сити, деньги и перо

Казалось бы, ещё буквально час назад мы стояли на взлётном поле аэропорта и вокруг нас разливалось море света, а тут на тебе! Сумерки! Дождь, что ли, собирается? Впрочем, поздней осенью московская погода абсолютно непредсказуема...

— Хорошая машина «Рэндж Ровер», — стукнул по рулю Мерзкий. — Дорогая, бестолковая, но хорошая.

— Зависть — это крайне плохое чувство, — прокомментировал я реплику Максима. — Тем более ты бюджетник, тебе такая тачка не светит. А если купишь, то замучаешься в кадрах объясняться, где на неё деньги украсть умудрился.

— Молчал бы уж, — рассмеялся Максим. — У тебя вообще машины никогда не было.

— Чего это? — возмутился я. — У меня на заставе вполне приличный уазик всегда под пятой точкой имелся. Он даже не ломался практически.

— «Козлик» не считается, — отмахнулся Мерзкий. — На заставе казённая, да и за рулем наверняка не ты ездил, а какой-нибудь бойчишка из числа самых сообразительных.

Напряжение последних нескольких часов постепенно отступало, требуя выхода и эмоциональной разрядки.

— Так что, Винни, признайся честно, — продолжал разглагольствовать Мерзкий. — Автомобиль, в котором надо одновременно крутить руль, жать попеременно аж на две, а то и на три педали, не говоря уже про включение поворотников и дворников, является чересчур сложным механизмом для твоего медвежьего интеллекта. Программа вызова такси на смартфоне стала для тебя вершиной эволюции.

— Ой-ой-ой, — скорчил я ему рожу в зеркале заднего вида. — Мы на права, между прочим, вместе сдавали. Только я до обеда, а ты после. Забыл, что ли?

— Да помню я, — усмехнулся Максим. — У нас один гаишник настолько наугощался, что к нашему прибытию в машину залезть не смог. Лег посередине дороги и спал себе тихонечко. Так вот суть экзамена состояла в том, чтобы проехать круг по автодрому и не задавить этого гаишника.

— Что-о было такое, — припомнил я. — Кузьмич, по-моему, всё равно экзамен почти завалить умудрился.

— Ой, ну кто ж знал, что этот алкаш проснется и начнет в сторону отползать в самый неподходящий момент, — рассмеялся Мерзкий, а возле меня неожиданно завозился господин Еремеев.

— Простите, — немного дрожащим голосом обратился он ко мне. — Вы же не бандиты? Вы, наверное, из КГБ?

— Мальчик, КГБ давно не существует, — отозвался с переднего сиденья Мерзкий. — Но сидящий с тобой рядом дяденька известный преступник.