Обращенное время

А как еще заменить гниющее заживо тело?

Маг живет ради цели. Цель оправдывает средства. Зачем? Чтобы вырвать святой Святой Грааль из лап мошенников Айнцбернов и проходимцев Тосака. Зачем? Чтобы обрести бессмертие.

Зачем?

Разве не может вечное существование являться целью само по себе? Разве желание жить не является основополагающим для человека? Разве он не готов принести в жертву все ради этого желания? Старик недовольно скривился. Хотя он мысленно одобрял рвение мальчишки в изучении семейных тайн, но тот чем-то неприятно напоминал Карию.

Так же лезет на рожон.

И так же печется об этой мелкой дурехе. Которая за девять лет ни разу не сделала НИЧЕГО, чтобы облегчить свою судьбу. Если бы она попыталась бунтовать, то хоть немного поднялась бы в глазах Зокена. Если бы решилась на самоубийство, Зокен был бы доволен ей, даже не стал бы наказывать. Если бы она попыталась отравить Бьякую или удушить во сне Синдзи, он бы начал относиться к ней как к родной. Но она была абсолютно пассивна, и по мнению Зокена, совершенно не заслуживала того внимания, которое ей начал оказывать мальчишка, стоило им разок переспать.

Сакуре пора возобновить тренировки, решил старик. За то, что Синдзи доживет до начала Войны, он не мог ручаться, но Сакура должна быть подготовлена обязательно. До сих пор он акцентировал внимание только на развитии и закалке ее тела, чтобы она могла стойко сносить ту муку, которую должен испытывать фальшивый сосуд при поглощении душ, и обеспечивать будущего Слугу достаточным количеством праны.

Но раз уж она больше не впадает в ступор при необходимости применить вредоносную магию - надо заставить ее разучить хотя бы то, что хранит в себе Гербовой Червь.

'Сакура. Спустись ко мне. Немедленно', - позвал он мысленно.

Возня с молодежью определенно утомительна.

* * *

Рин, вопреки распространенному мнению, не считала себя идеальным человеком и прекрасно была осведомлена о своих недостатках, пусть и никогда не признавалась о них вслух.

Она отдавала себе отчет в том, что любит поспать, часто ленится делать какую-нибудь рутинную работу и порой допускает грубые ошибки в самый ответственный момент. Отдавала - и ничего с этим не делала. Для должной элегантности плюсы должны оттеняться какими-нибудь не слишком значительными минусами.

К чужим недостаткам, надо заметить, она была куда менее терпима, хотя поддержание образа милой девушки и требовало, чтобы она не тыкала в них носом всех подряд.