Рыжая

Он тут же юркнул в первую попавшуюся комнату — это оказалась палата, в которой спали незнакомые ему дети — дождался, пока медсестра пройдет мимо, выскользнул обратно в коридор и прокрался к себе.

Там он улегся в постель и долго лежал без движения, глядя на до безобразия привычное желтое пятно на потолке. Незнакомое липкое чувство поселилось в его груди. Неужели, думал он, он действительно ненормальный? Он не раз видел других детей по пути на процедуры, слышал их голоса из коридора, но никогда ему не приходила в голову мысль о взаимодействии с ними.

Они казались ему инопланетно чужими, он не чувствовал с ними связи. Что он собирается делать один, ненормальный, в этом слишком большом мире, пахнущем спиртом и хлоркой?

* * *

Дух думал, что рыжая никогда больше не появится. Но в ту же ночь перед рассветом его разбудил ее голос за спиной.

— Не то чтобы я сама была очень нормальной, — сказала она извинительно. 

Дух обернулся. Она сидела на соседней койке, подобрав ноги под себя, и грустно мотала головой из стороны в сторону.

Сквозь нее тускло просвечивала стойка для капельниц. 

Синева ночи и желтизна фонаря пересекались на стенах и поверхностях, складываясь в сложный геометрический рисунок. За окном кружилась колкая белая взвесь. 

Дух молчал, и вскоре рыжая продолжила:

— У меня был всего один друг.

— Расскажешь? — осторожно спросил Дух.

Она печально покачала головой. 

Чем больше Дух знал рыжую, тем больше был уверен, что за ее гибелью стоит какая-то мрачная тайна.

Сама рыжая буквально из кожи вон лезла, чтобы подтвердить это его убеждение. Стоило разговору зайти на тему ее смерти, как она принимала загадочный и трагический вид.

— Лучше ты скажи, почему ты с другими не разговариваешь? — спросила она, поправляя зачем-то шевелюру, углями поблескивающую в темноте. — Все думают, что ты немой. 

Дух пожал плечами.

— Мне не хочется.

— Ну вот и не проси меня учить тебя правилам, раз тебе, видите ли, не хочется им следовать, — раздосадованно бросила рыжая.

— Зачем спрашиваешь тогда? 

И она упала на кровать, раскинув кровавые руки в стороны. Подушка под ее головой не примялась.

Дух повернулся на бок. Некоторое время они лежали молча: она созерцала мутный прямоугольник света на потолке, а он — ее. 

— Слушай, а откуда ты все-таки такой взялся? — задумчиво спросила она. — Вырос в волчьей стае в лесу?

— Почему в волчьей стае? — не понял Дух.

Она застонала и закрыла лицо руками.