Очевидное-Невероятное

В принципе, для Алконост подобный метод преодоления пространства был не нов, но вот как она это сделала, не снимая халата, для меня так и осталось загадкой!

В планах пунктом №1 у меня вообще-то значился подъём на третий этаж, так как - во-первых, так высоко в новых условиях я ещё не поднимался, и во-вторых, я во что бы то ни стало, хотел попасть на концерт своего кумира! Уже одна только возможность сделать это приводила меня в восторг макаки, обнаружившей банан на берёзе!

Но сначала я всёже решил заглянуть к моему новому соседу, мне почему-то казалось, нам есть, о чём поговорить.

75.

«А что, если он не станет общаться с человеком в форме? – подумал я. – Ну, то есть, станет, но формально. «Да» - «нет». «Да» - «нет». А мне это зачем? Я же рассчитываю хоть на какую-то искренность! Нет, контактировать с людьми подобного типа нужно исключительно на равных!»

Я откатил створку шкафа, к моей несказанной радости все костюмы были на своих местах! Я подобрал себе пиджак приятного стального цвета, отдельно – белые льняные брюки свободного покроя и белую же сорочку с круглой горловиной – по старинке.

Быстро нашлась и соответствующая обувь в виде пары остроносых, как мне нравилось, кожаных штиблет.

Мысленно я уже не воспринимал себя никак иначе, кроме как, во всём этом великолепии, но на деле всё было куда сложнее. А сказать прямо – дело и вовсе не сдвинулось с мёртвой точки! Началось с того, что я не смог сдёрнуть с себя сапоги! Я пытался и так, и эдак: наступал себе на носок, совал ногу в проём шкафа и зажимал её створкой, стучал задней частью каблука об пол – всё было бесполезно, голенища сапог словно срослись с ногами, и отделаться от них можно было только вместе с конечностями!

И тут я, разумеется, загрустил.

Было понятно, что поменять гардероб, не сменив обувь, я не смогу. Сапоги перечёркивали самые благие намерения, и надень я теперь на себя что-нибудь, кроме тужурки и галифе, я немедленно превратился бы в некое подобие Арины Родионовны, а это значит, что никто и никогда не будет меня ждать, особенно - всем смертям назло!

Смирившись с неизбежным, я повесил одежду моей мечты на место, и, «усугубив на посошок», покинул «родное гнездо».

Я слышал, как Алконост называла номер палаты и смело постучал в нужную дверь. Никто не ответил. Не ответили мне и на повторный стук - уже более настойчивый. Значит, не откроют и на двадцать пятый, решил я и толкнул дверь ногой в сапоге.

Комната была куда скромнее моей – и по составу мебели, и по убранству.