Герасим не согласен

— Камер здесь нет, верно? — Герасим змеем-искусителем прошелестел в ухо и прихватил мочку губами. — Ты же не против немного отвлечься от работы, м?

Легонько подтолкнув в спину, он заставил её встать со стула и наклониться вперёд, а сам прижался сзади, придавливая поплывшую докторицу к столу.

Карандашница двигалась по столешнице в такт ритмичным движениям, пока не подползла к самому краю и не упала вниз, рассыпав ручки и маркеры по полу. Карина вздрогнула от резкого звука и соскользнула с волны удовольствия, тут же осознавая всю неуместность и щекотливость ситуации: она, с задранным халатом и спущенными трусами, лежала на столе в собственном кабинете и стонала под вверенным её заботам пациентом!

Герасим мигом уловил изменившийся настрой партнёрши, развернул её лицом к себе и усадил прямо на стол.

— Ну, — прошептал он между поцелуями, — что дёргаешься? Испугалась?

Он расстегнул верхние пуговицы халата и стащил его с плеч вместе с бретельками бюстгальтера, почти раздев любовницу и оставаясь при этом практически одетым — если не считать расстёгнутой ширинки и сдвинутых на бёдра брюк.

— Так лучше? — он возобновил прерванный ритм, удерживая её в сидячем положении и не давая отстраниться назад. — Что-то я не слышу твоих криков.

— Мы же на работе, — лицо Карины покрылось красными пятнами стыда, — а если кто услышит?

— Так в том и соль, — Герасим ускорился, — риск усиливает ощущения.

— Так ты ещё и адреналинщик, — обречённо простонала Карина, прижимая его к себе обеими руками и утыкаясь головой в плечо.

— Ещё ногами меня обхвати — и будет совсем удобно, — он поймал собравшуюся было упасть со стола папку и вернул её на место, а затем перевёл взгляд на молодого доктора, застывшего в дверях. Тот, вошедший в кабинет без стука и заставший не предназначенную для посторонних сцену, замер на пороге, изумлённо открывая и закрывая рот.

«А вот и жених, — подумал Гера, мигом считавший эмоции и жизненные устремления парня, — будут прекрасной парой: он подаёт большие надежды, она — красивая.

Он дёрнул визитёра за нитку жизни, отработанным движением перекрутил её с жизненной нитью Карины, связывая их вместе — и отдался подкатившему удовольствию, проваливаясь в оргазм.

А после спонтанного секса предложил довезти уставшую от избытка впечатлений докторшу до дома и не постеснялся напроситься на чай. С пельменями. Которые сам же и купил в магазине у Карининого дома.