Белый конь

Он не выказывал ни малейшего признака печали, горя или скорби. Глаза его, глядя в море, светились, на губах играла мечтательная улыбка. С него в тот момент можно было картины писать.

Мой малый жизненный опыт подсказывал — нет, не врёт. Был бы я повзрослее и поциничнее, подумал бы, мол, заблуждается и самообманывается. И — не выдумывает ли? Но в двенадцать лет нужно и полезно верить в героев и чудеса.

— А про сокровища знаешь, что бабушка рассказывала? — оживился вдруг Сева. — Иногда тут из моря приходит волшебный белый конь.

Белый-белый весь, как молоко, и аж светится ярче луны. Надо только хорошенечко подождать. Если сесть на него, он отвезёт тебя в море. В мир под водой… Он такой же, как наш, но под водой. Просто так тот мир не увидишь. Там все-все утонувшие сокровища. Новые, не ржавые. Прямо как когда утонули. Бери чего хочешь, — Севка подумал и добавил: — И там все люди, которые ушли в море.

На что я, тоже помолчав, кивнул.

Будь кроме нас двоих ещё кто-нибудь, я бы поднял Севку на смех, чтобы погасить то необычное, тревожащее, что завязалось в воздухе от его сказок.

Однако никакой компании у нас не было, поэтому пришлось выбрать кое-что посложнее — и да, повзрослее — нежели призыв к стайной травле.

Я сказал:

— А напиши про это сочинение. Или в газету… Мне понравилось. Уверен, всем понравится.

* * *

За последующую неделю Севка стал совсем неотделим от берега, гальки. волнорезов и пирсов. Когда я проходил мимо, он был вечно на одном и том же месте — бродил, стоял, кидал камешки, смотрел вдаль.

Как-то я шёл по набережной вместе с матерью, и она увидела возле волн Севку.

— Опять шляется, — вздохнула маман и наметила новую тему для сплетен с подругами про Севину тётку: — Сдала б лучше в интернат!..

Севка же, когда видел меня, махал сразу обеими руками, притом удивительно невпопад…

В тот самый последний день мне понадобилось опять идти маршрутом вдоль моря. Перед выходом из дома я, повинуясь какому-то наитию, выудил из своего книжного шкафа толстый том о морских легендах и сунул его в портфель.

Когда на берегу я вручил книгу Севке, радости у того не было предела. Он тотчас уселся и принялся листать страницы.

— Ну, — спросил я после того, как мы обсудили школьные новости, — был конь?

Вопрос я не хотел задавать — мало ли, разобидится. Но эти слова просто чесались.

А Сева посерьёзнел и уставился на волны, которые сегодня отчаянней обычного рушились на берег.

— Надеюсь, будет.