Повелители бабочек

Это и правда звучало как бред. Но бабочки?! Они были живым свидетельством. 

– И часто вы так... берёте жизненную силу?

– По необходимости. Часть оставляю себе, часть – отдаю.

– Кому?

Майя выглядела усталой и грустной. 

– Людям, которые нуждаются в этом, – сказала она. – Излечить болезнь, изменить судьбу – на всё это требуются силы. И одна бабочка умирает при этом.

– И вы сами выбираете, кому помочь?

– Указаний сверху я не получаю, – усмехнулась Майя. – Более того, моих действий не одобряют.

..

– Кто не одобряет?

– А вот это вам знать уже не обязательно. При выборе доноров я стараюсь не идти вопреки судьбе. Бабочек я выпускаю на обречённых – тех, кому я уже не смогу помочь. Видите ли, чтобы моё вмешательство было возможным, фатальное событие должно отстоять от настоящего момента на достаточный временной промежуток. Если времени слишком мало – бесполезно. Ну, грубо говоря, это как тормозной путь. Чем он длиннее, тем больше вероятность того, что машина успеет остановиться, не сбив пешехода.

Ну, и от характера самого события тоже многое зависит. В общем, здесь сходится много факторов.

– То есть, вы считаете, что можете вершить судьбы? – спросил я. – Кого-то – добивать, кого-то – вытаскивать?

Майя улыбнулась. Казалось, вся моя жизнь вместе с моими принципами, убеждениями, радостями и горестями застыла мошкой в древнем янтаре её глаз. 

– Если у меня есть такая возможность, то почему бы нет? И я не «добиваю», это неверная формулировка.

Я лишь беру то, что обречённым людям уже не понадобится, но может помочь другим.

– А если вы допустите ошибку? – спросил я. – Если человек на самом деле НЕ обречён? Может же такое быть? Тогда вы его действительно добьёте. 

Майя подумала.

– Это исключено. Я вижу всех, как открытые книги. Но бывали случаи, когда я сознательно брала силы ещё вполне благополучных и жизнеспособных людей. Что вы так смотрите? – усмехнулась она. – Это были скверные люди.

Они не делали в своей жизни ничего хорошего, только причиняли другим зло и существовали по принципу раковой клетки: всё – для меня, а после меня хоть потоп. Убивали, насиловали, грабили – не только своими руками, но и руками своих подчинённых.

– И что с ними потом... стало? – не без содрогания полюбопытствовал я.

– Потеряв жизненные силы, они умирали через некоторое время – либо сами, от болезни, либо притягивали к себе насильственную смерть.