На Восток

Хотела бы я увидеть, что делают с чаем, чтобы он пропитался этими волшебными запахами!

Думая о Хорсе, я невольно вспоминала и о своем новом знакомом. Образ Александра часто возникал перед глазами, когда я проходила мимо веера или подносила к губам чашку с зеленым настоем.

«Не отказывайтесь», – звучал голос в голове.

Я ставила чашку на место, боясь прикоснуться к ней губами. А голос тем временем вкрадчиво продолжал: «Ни хен меи, Дарлайн».

– Дарлайн, с тобой все хорошо? – спрашивал обеспокоенный дедушка.

– Да, конечно, – беззастенчиво врала я в ответ.

А после «работы» в лавочке шла на прогулку – ароматный весенний воздух манил отправиться на поиски приключений и полюбоваться распускающимися деревьями.

«Интересно, а в Хорсе деревья цветут так же? – думала, рассматривая лепестки, розовеющие на ветвях. – А как на хорсийском будет “весна”?»

Я шла по мостовой, рисуя в воображении розово-белые вишневые склоны гор, над которыми поднимается ярко-красное солнце, когда услышала знакомый голос.

– Рад встречи с вами, Дарлайн, – поздоровался мужчина, останавливая двуколку, которой правил самостоятельно. Он спрыгнул на землю и подошел ко мне.

– Доброе утро, Александр, – ответила, поправляя зонтик, едва не упавший на землю от неожиданности. Все это время я ни разу не слышала об Алексе, и у меня даже были мысли, что он вернулся в Хорсу.

– Могу я подвезти вас? Куда вы направляетесь?

Я замялась, не зная, что ответить. Нет, правила приличия не запрещали незамужней леди ездить по городу в открытой повозке, как раз-таки наоборот.

– Да бросьте, Дарлайн, – заметил Александр мою нерешительность, – уж не опасаетесь ли вы, что я вас съем?

Я закатила глаза, всем видом демонстрируя абсурдность подобных мыслей.

– Боюсь разочаровывать вас, Александр, но я вам не по зубам, слишком стара, черства и жестка.

– Даже так? – делано удивился мужчина. – Что ж, тогда я даже не буду пытаться! Предпочитаю свежее, мягкое и нежное.

Его слова немного задели меня, хотя обижаться было не на что – сама напросилась.

– Понимаете, мне бы не хотелось, чтобы мой отточенный годами образ старой девы был разрушен в один миг, – сказала, немного вздергивая подбородок.

– О-о. Понимаю.