В гостях у сказки

Юля поёжилась и сказала:

— Я вас здесь подожду. Как-то страшно туда одной идти.

— Ага, баба Яга тебя в печке зажарит и съест, — заржал Сашка и скрылся в бане.

— Дурак! И так страшно, ты ещё со своими шутками, — проворчала девушка.

— Ладно, мы быстро, — успокоил девушку Тимур, закрывая дверь.

В баньке было жарко и влажно. Сашка с Игнатом распластались по лавкам и кайфовали. Тимур быстро вымылся и пытался их подгонять, но ребята совсем разомлели и шевелились словно сонные мухи.

— Ладно, тогда я один пойду, а то там Юлька замёрзнет совсем, — сказал он друзьям и пошёл одеваться.

— Пусть сюда приходит, погреется, — лениво проворчал Сашка.

Тимур только махнул рукой и вышел на улицу. Девушка сидела на корточках возле бани, обняв себя руками.

— Не сильно замёрзла?

— Нормально, спасибо, — ответила Юля, вставая и постукивая зубами, — пошли скорее в дом.

В избушке было тепло. Уютно потрескивал огонь внутри огромной русской печи. Толстая свеча, стоящая на деревянном столе, старалась разогнать темноту по углам, но толком освещала только нехитрую снедь возле себя.

— Садитесь за стол, откушайте, а то девка у тебя худая совсем. Не кормишь её что ли? Вот ещё отвар попробуйте, из трав лечебных, сразу полегчает, — суетилась возле стола бабушка, расставляя на стол кружки.

Тимур от бабушкиных слов немного засмущался. Юля ему нравилась, к тому же у них было много общего, взять хотя бы их интерес к старинным обрядам и обычаям. Но всё как-то не мог заставить себя перейти к ухаживаниям и ограничивался просто дружбой.

— Давненько, я по ночам так не кушала, — будто с радостью произнесла Юля и шумно сглотнула.

И только ребята уселись за стол, как снаружи раздался чей-то душераздирающий крик. Тимур подскочил и уже собирался бежать на улицу, но бабушка встала у него на пути и сказала, посмеиваясь:

— Не пугайтесь, это пёс мой оголодал видать, вот и воет словно упырь какой-то.

Тимур постоял на месте размышляя бежать на улицу или нет, но бабушка выглядела такой спокойной, и бросать Юлю в доме одну не хотелось, так что он снова уселся за стол.

Тимур потянулся за пирожком и нечаянно смахнул со стола вилку. Та громко брякнулась на пол. Юля вздрогнула.

— Смерти моей хочешь, — тихо прошептала она.