Агент санитарной службы

Ну, то есть, собирался влепить, но угодил в спрятавшийся в стенке опорный столбик, получил рикошет. Я хмыкнул, представив, как он удивился, когда гипсокартон, обнаружив свойства хорошего бетона, отослал пулю назад. Рассудив, что терять время глупо, я подобрался к распахнутой двери в спальню.

Оборотень всё ещё полусидел на кровати, прижав обе руки к животу.

– Заходи, Небесная канцелярия, – прохрипел он, – не стесняйся.

– Ты проиграл.

– Пляши.

– Порядок знаешь, Анастасий. Можешь, если хочется, рассказать что-то напоследок, а потом, – я приподнял вальтер, – в путь.

– Вот ведь оказия: один покойничек другого застрелить хочет. Новенький, да? Не припомню, чтоб встречались. Пойми, служивый, кто кого прихлопнет – тут без разницы. Ты-то до заката так и так сдохнешь, стало быть, на четвёртый-пятый день мокрушники ваши заявятся, всех положат, и причастных, и случайных. Тут уж беги – не беги, достанут.

– Где ствол?

– Тебе не всё равно?

Я осторожно завёл руку за спину, пытаясь нащупать место, где пуля пробовала на прочность бронежилет.

– Что так, что эдак, сдохнешь сегодня, – продолжал Тихов-старший, с кряхтением поворачиваясь на бок. – Твою планиду и отсюда видно.

Я нащупал дырку. Пуля прошла по касательной, лишь чиркнув по жилету, но пиджак можно выбрасывать.

– Зачем же стрелял?

– А чего ж не пострелять? – он ещё немного повернулся, укладываясь удобнее. – Не знаешь, нашли мою габалу? Я её художнику этому на люстру закинул, прямо на тарелку, даже палец себе порезал маленько.

– Не без того.

– Ловок, как погляжу. А Порфирий Ильич помер, значит? Можешь не щуриться. Коза поймёт. Обо мне только литератор этот – Стаканов – знал, да Порфирий. Я смотрел вчера, как ты Стаканову ручку-то делал, сначала посмеялся, а потом думаю: а если дурень этот протрезвеет, да на словах всё расскажет? А ты, стало быть, Порфирию руку пожал, да, пока он помирал, про меня и выведал.

– Забавный ты тип, Анастасий. То – поровну тебе, то – свидетелей убираешь.

– Так по Земле погулять денёк лишний каждому охота. Ты-то по Инстанциям кум-королю проедешь, сорок дней – и в дамках, а мне – три дня и с Тропы сходи, сам обустраивайся.

– Так не сходил бы. Это у меня – служба, а ты бы дальше как все – за Грань. Авось в Нирвану попадёшь.