Шёпот мёртвых

Но кто бы слушал его, дерзкого и непослушного старшего брата.

Потому сейчас у самого Тодора было не так много возможностей в разговоре с сестрой. Он не знал, как отреагирует прилежная Макаца, если он попросить позвать деда или попытается войти в храм. Без дозволения старшего хранителя это было сделать трудно, храм бы не пустил. Вот только Китлали все также оставался его служителем. Можно было попробовать. Так, в качестве самого скверного из вариантов.

– Мне нужно поговорить с дедом. Это насчет дела, с которым я к нему недавно приходил.

Младшая сестра хмурилась, оглядывая Тодора с головы до пят таким же взглядом, каким обычно это делала их мать. Она была больше похожа на нее, чем на отца. Это Тодор вытянулся, пошел худобой и угловатостью в Китлали, вечно не мог сладить со своими кудрявыми волосами. У сестры были прямые и длинные темно-русые волосы, как у всех по материнской линии. Она по всем правилам заплетала их в косу и закалывала на затылке. Светло-карие глаза смотрели холодно и отстраненно.

Тодора всегда это пугало. Ведь хранители жили почти вечность, становясь наравне со Смертью. Разве можно было прожить так всю свою жизнь? Даже дед подобрел к своей тысячи лет, про прадеда Китлали и вовсе молчал, тот отчалил подальше от их храма и появлялся только пару раз в десять лет на общий семейный праздник. Но Макаца…

– Ты же его позовешь?

Сестра продолжала на него смотреть все также, будто и не слышала вопроса. На ее лице сложно было что-то прочесть, бледная кожа, тонкие губы и вечная маска доброжелательного обращения.

– Макаца!

– Дед спит, – просто сказала она, осматривая за спиной брата улицу, освещенную парой фонарей и ярким рекламным щитом с магическим режимом смены картинки. Была глубокая ночь. Конечно, все сейчас спали. – Приходи в храм утром, когда ворота откроются.

– Но мне нужно сейчас! – не выдержал Китлали, дернул за дверь, которую сестра все еще придерживала чуть открытой, и попытался сделать шаг в храм.

Макаца была быстрее. Может, она скрывала за своей холодной отрешенностью куда больше силы, чем Тодор мог представить. Или Китлали просто не знал своей сестры. Но она крепко схватила дверь и почти закрыла ее перед носом у Тодор, если бы тот все же не поднажал. Ворота храма не закрылись, но натужно скрипнули. Еще бы чуть-чуть, и точно что-нибудь случилось с этими несчастными дверями.