Шёпот мёртвых

Детектив сощурил глаза и явно собирался ответить на подобное предложение, вот только Китлали не позволил. Он снова дернул его за локоть, заставляя подойти чуть ближе и заговорил настолько тихо, чтобы ни один из сидящих вокруг существ не смог разобрать его слов:

– Ты перевертыш в логове вампиров. Точно хочешь открывать рот?

Эзтли глупым не был, это Тодор знал отлично. Поэтому попытки переругиваться с хранителем закончились тут же. Детектив кивнул и как-то согнулся, что стал еще меньше, компактнее. Он и так едва доставал своей макушкой до лба Тодора.

Длинные ноги хранителя мало кто мог перерасти, но сейчас Китлали точно мог сказать – детектив стал незаметным.

Хмыкнув и лишний раз напомнив себе, что рядом с ним ходит полицейский, а не просто какой-то перевертыш с улицы, Китлали наконец направился к столику, где и сидел в одиночестве его старый знакомый.

Вампир был бледным, как ему и полагалось. С тусклыми темными волосами и почти бесцветными глазами. Если кровопийцы вечно шастали с красными зрачками, будто напитали их чужой кровью, то энергетические вампиры частенько теряли цвет не только глаз, но и волос.

Будто специально, чтобы указать на их способ питания. Как эмоции никто не мог пощупать, так и их вид создавал из вполне себе живых существ едва ли не призраков.

– Митали Нутли, какая встреча, – заговорил Китлали, подойдя прямо к столику вампира и усевшись на свободный стул.

Эзтли без вопросов опустился на еще одно, незанятое небольшим рюкзаком место. И если бы сам Тодор не знал, что тот перевертыш, даже не подумал, что рядом не человек какой.

Слишком уж детектив оказался обычен. Даже его вечно хмурые глаза смотрели без эмоций, нейтрально. Будто того ничего вокруг не интересовало.

– Тодор? – вампир оторвал свой взгляд от пустого стакана в руках и удивленно осмотрел сидящих за его столиком. Эмоций в нем тоже было слишком уж мало. Может, питался давно, а может, опять натворил что. Китлали еще помнил, как тот с содроганием забирал у сидящих вокруг него эмоции, даже если физического вреда его способ питания никогда не наносил.

– Что ты здесь делаешь?

– Выпить с другом зашел. А что, нельзя? – Тодор заулыбался во все зубы, как это делал когда-то, пытаясь выглядеть компанейским парнем. У него это получалось раз от разу, но он пытался, стоит это учесть. – Вижу вот, ты тут опять один с виски сидишь, себя жалеешь. Дай, думаю, поздороваюсь.

– Ты исчез тридцать лет назад. Какое зашел выпить? Ты смеешься?

А тут уже появились эмоции.