Шёпот мёртвых

– И что же ты знаешь? – осторожно спросил Эзтли, отходя от колонны и надеясь, что никто из знакомых не видел его испуганного лица. Отмыться от этого позора будет не так легко.

Китлали на прямой вопрос только фыркнул. Он переступил снова с ноги на ногу, посмотрел в высокое голубое небо, на детектива, на мир вокруг и тяжело вздохнул. Он снова не хотел ничего рассказывать Эзтли, но помнил, к чему это привело в прошлый раз. Еще одного знакомого у себя на столе он видеть не хотел. Как-то сразу сошло все желание куда-то бежать и что-то делать.

Осталась только уверенность в том, что на месте стоять уже не получится.

– В своей работе… не только патологоанатома, – с полуулыбкой начал Тодор, подняв воротник своего слишком уж холодного для декабрьской погоды их города пальто. – Я достаточно пожил на свете, чтобы узнать кое-что особое про пожирателей кошмаров. Я знаю, как они ищут жертв. И знаю, где лучше спросить о новом пожирателе.

– Я, конечно, понимаю, что хранители живут по тысячи лет, а то и больше, но не выделывайся, – хмуро бросил Эзтли, оглядывая как-то за секунду приунывшего Тодора.

Они не были еще столь близки, чтобы за пивом рассказывать байки из своей жизни. Но как-то уж за одну только неделю, что детектив заглядывал едва ли не каждый день в морг, они прекратили быть просто знакомыми. Китлали обычно встречал его вечно своими новыми шпильками в адрес заглянувшего «на огонек» Умеа, а Эзтли не мог спокойно уйти, не задев посильнее хранителя.

Может, поэтому замерший Тодор выглядел уже не таким чужим и раздражающим.

Разговор у них все равно постоянно не клеился, Эзтли даже не знал, сколько на самом деле хранителю лет. Слишком уж скрытной была эта раса. Вот только помочь сейчас могу только Китлали.

– Ладно, плевать, – махнул рукой Умеа, встряхиваясь и поворачиваясь к Тодору спиной. – Патруль так патруль. Пошли. Поговорим где-нибудь в другом месте. Мне нужно знать больше про пожирателей. Может, больше, чем я уже знаю.

Китлали тут же расплылся в довольной улыбке. В нем снова зажегся отчаянный огонек, прячущийся временами в глубине темных глаз.

Он закивал, шагнул в сторону уходящего вперед детектива, тихо чертыхаясь из-за попадавшего в короткие ботинки снега.

У детектива хватало времени, чтобы скакать с одного места на другое, пытаясь поймать очередного полоумного психа. Но вот Тодор едва ли в первый раз вылез из своего морга. После закрытия частного агентства он редко вылазил для «полевой» работы. Для этого были судмедэксперты. И уж точно не он сам.