Шёпот мёртвых

Долгое время на протяжении тысячелетия после зарождения первого пожирателя те появлялись стабильно раз в пару десятков лет. Обычно это были физически слабые вампиры. Отсюда и пошло предположение, что пожирателем мог стать только энергетический вампир, переживший тяжелые времена. Но после того, как Пантеон взял в свои руки правление над темными, а это случилось не так уж и давно по подсчетам жизни хранителей, пожиратели стали появляться все реже и реже. За прошедшее столетие только раз или два. Их быстро ловили и убивали внутри кланов.

И вот напротив него сидел Нутли. Очередное доказательство непрочности вампирских перерождений. Чтобы он не пережил, но это изменило молодого вампира, сделав из него ненасытного маньяка, гонявшегося по столице за жертвами. Но Пантеон и правда не позволил бы пожирателю существовать так долго. Витари говорил, что Нутли узнали об изменения младшего сына уже давно. А значит и Пантеон уже давно знал о наличии этого клейма. Но ничего не делал.

– Вижу, шестеренки завертелись, – заулыбался Беро, но улыбка получилась сумасшедшей и устрашающей.

Тодор бы точно поморщился и отстранился, но он слишком глубоко ушел в свои мысли, чтобы на это реагировать. – Скажи, Китлали, почему ты вдруг так понадобился Пантеону? Ты простой хранитель. Будто мы не можем переманить к себе еще одного такого же.

Нутли опять подался вперед, заставляя Тодора все же взглянуть на него. Вопрос был важным, но отвечать на него у Китлали не было желания. Да и нужды тоже. Он сам знал ответ и этого хватало.

– Надо было и мне переспать с королевой. Может, тогда бы смерть не грозила, – хмыкнул Беро, и по спине Тодора прошелся холодок. – Ты же не думал, что кто-то не поймет этого? Истории про королеву и хранителя ходят среди темных с такой регулярностью, что Пантеон уже устал затыкать всем рот. Кто вас видел, отлично понимал, в чем дело. Вот почему она так хочет тебя назад. Сбежавший любовник – та еще проблема.

Китлали резко вскинул голову, зло взглянув на вампира. Конечно, он знал про слухи.

А еще про то, что принятие в Пантеон явно не было главной причиной его побега. Вот только знала об этом лишь Ане. Даже деду он не рассказал о странной, но слишком страстной связи с королевой темных. Он бежал слишком долго, чтобы снова услышать то, что сам себе повторял вот уже тридцать лет.

– Как королева связана с твои преображением? – задал волнующий вопрос Тодор, заставив себя отвлечься от глупых и ненужных мыслей о прошлом. Сейчас не это было важно.