ТРИ ЗВЕРЯ. Сказки Межмирья

Марина заставила себя выпустить сокровище из рук и начала раздеваться. Прежде чем вновь прикоснуться к платью, она аккуратно сложила свою одежду на пуфе, намеренно растягивая волшебный миг. 

Когда платье идеально обняло тело, она даже не удивилась. 

– Ты скоро там? – раздался нетерпеливый голос подруги, и Марина вышла из примерочной. 

Продавщицы синхронно ахнули, или эти восхищенные возгласы лишь привиделись ей. Но даже Линда на секунду замерла, красиво изогнув бровь. Марина позволила себе счастливую улыбку – из зеркала ей улыбнулась принцесса.

Нет, до королевского статуса Линды ей было далеко. Но принцесса была самая настоящая. Марина не сдержалась, прыснула в ладошку, по-детски крутнулась на одной ноге. 

Что-то хрустнуло под пяткой. Наверное, обрывок целлофановой обертки, фантик, клочок бумаги. Осколок зеленого стекла?

Марина замерла, поймав в зеркале взгляд поверх своей головы. Линда смотрела холодно, словно хищник примеривающийся к добыче. Или к сопернику. Ее ореховые глаза потемнели, бархатный свет в них сменился вязким омутом зыбучих песков.

Марине стало зябко, захотелось вернуться в свой бесконечный толстый шарф. Под пальцы попалась бирка с ценником, она совершенно случайно посмотрела на него и с трудом сдержала испуганный возглас. 

Нет, Марина никогда не считала себя бедной – ей вполне хватало. Но это платье стоило три ее зарплаты. Три. Со всеми переработками и премиями. 

– Чудесно, – Линда подошла совсем близко, закогтила Марину, словно хищная птица, крутанула туда-сюда.

– Ты в нем словно куколка. Ну точно. Самая настоящая кукла.

Марина взглянула в зеркало. И в самом деле, на нее оттуда смотрела теперь фарфоровая пустышка. Игрушка, созданная чтобы украшать интерьер или служить бессмысленной забавой. Искусственный ребенок. Вся эта пышность, складочки, глупые рукава-фонарики – они больше подошли бы маленькой девочке, все еще верящей в чудеса. Не Марине. Не для нее. 

– Ой, да не кисни, конечно же я его тебе подарю, – Линда театрально всплеснула руками.

– Нет! – Марина вскрикнула так, что сама испугалась.

– Не скромничай, такой куколке это не к лицу. 

Кто угодно мог счесть улыбку Линды ласковой, но Мари вдруг отчетливо поняла – подруга в ярости. Она нашла причину всех своих бед, всех своих неудач и печалей. И сейчас намеревалась растоптать ее, размазать, вдавить в грязь, вырвать из рук нечаянное чудо и превратить его в пустоту, в обрывки цветной бумаги.