Кое-что о лампочках и деревьях

– Хотите эту шестереночку, мистер? Или вот эту?

Не сразу до него дошло, что прохожий нем: активно жестикулируя, тот всего лишь пытался отогнать назойливого торгаша прочь. Что ж, раз этот назойливый торгаш не понимает по-хорошему, трость ему все разъяснит предельно доступно и совершенно недвусмысленно…

Немой джентльмен ушел, не оглядываясь, а мистер Клокворк остался стоять на месте, потирая плечо и дуя на вмиг опухшую кисть.

«Сам виноват, – подумал он. – Полагал, что, раз праздники, никто тебя не огреет тростью? Хоть и приближается Новый год, это по-прежнему тот самый, старый недобрый Габен.

Артур Клокворк был человеком, по меркам Габена и особенно Саквояжного района, невероятным – он просто не умел унывать. Он был из тех, кто, потеряв пенни на улице, скажет не «Провались оно все пропадом!», а «Главное, чтобы его подобрал хороший человек!». И все же сейчас, накануне Нового года, когда праздничное чудо носилось по переулкам да витало между крыш – только ухвати его! – жизнь казалась настолько беспросветной, что не поддаться тоске было сложно.

С самого утра мистера Клокворка преследовали сплошные неудачи, более того – настоящие злоключения!

А все началось с того чертежа…

…Чертеж был расстелен на верстаке. Потертый, дряхлый, надорванный и в некоторых местах прожженный, казалось, он, того и гляди, развалится. Бумага побурела от времени – и не удивительно, ведь ее нашли в старом чемодане на одной из городских свалок.

На чертеже было изображено некое устройство: пружины, роторы, катушки и магниты, оплетенные тонкими жилами проводов, и лампочка, похожая на аптекарскую колбу с проволокой внутри. Из-под согнутого уголка бумаги, словно пытаясь спрятаться, едва выглядывала витиеватая буква «З» – отметка и подпись автора этих схем…

На чертеж заползли руки в рабочих кожаных перчатках. Указательный палец пару раз стукнул по изображению лампочки, а потом его хозяин схватил разложенные на верстаке детали и принялся за сборку.

За столом в фартуке и форменном цеховом кепи сидел не кто иной, как мистер Клокворк.

Мистер Клокворк был взволнован – еще бы, ведь если все удастся и устройство заработает, ему выделят премию и, возможно, даже сам хозяин цеха, господин Борич пожмет ему руку. Но не это было главным. Ему не терпелось увидеть, как изображение на чертеже обретет жизнь.