Наследник Исчадья

Он не стал тратить время на сентиментальную чушь и сразу развил бурную деятельность по восстановлению своего доброго имени.

А для Дэна еще одним потрясением стала встреча с матерью. И то, как родители без сомнений сочли его невиновным…

Он даже почти поверил, что теперь-то все точно наладится. И тем горше оказалось возвращение к реальности.

Реальности, где он был осужденным и слишком взрослым для тех, кто еще вчера видели его совсем малюткой.

Он понял это по поведению матери. То, как она отводила взгляд; с каким безразличием слушала историю жизни совершенно чужого ей парня; как тяготило ее его присутствие… Те родственные узы, что он почувствовал, когда увидел ее, совсем не затронули эту женщину.

Осознавать это было горько, но он ее понимал. Сейчас Дэн совсем не походил на милого годовалого ангелочка, каким она его знала, и едва ли ей хотелось разглядывать родные черты в каком-то бандите, которым он сейчас выглядел.

Но Дэн еще надеялся, что его признает хотя бы отец. А потому упорно дожидался его возвращения.

- Добрый вечер, - поздоровался он, когда Тамион зашел в гостиную.

- Дейнар? – удивился тот. – Прости, я очень устал.

В груди Дэна что-то противно заныло от осознания, что и отец видеть его не хочет, и он отвернулся, пряча разочарование:

- Извините.

- Дейнар, - оклик отца застал его уже на пороге комнаты.

Дэн взглянул на отца – тот хмурился:

- Не нужно мне выкать, сын. Мы, конечно, не знакомы, но не чужие ведь друг другу. Я твой отец, и ты можешь обращаться ко мне соответственно.

- Хорошо, - Дэн кивнул, подумав, что мама не предложила ему даже этого.

Тамион вздохнул:

- Ты хотел о чем-то поговорить?

Никакого желания разговаривать с сыном он не демонстрировал. Дэну стало неудобно, и он пожал плечами:

- Я просто хотел узнать, как у вас… у тебя дела. Ничего важного или срочного.

Как ни странно, его слова будто бы успокоили Тамиона. Он сел на диван и похлопал рядом с собой, приглашая Дэна присесть.

Парень подчинился, искоса разглядывая отца. Тот и впрямь выглядел измотанным, он сидел, откинувшись на спинку дивана и закрыв глаза.

- Знаешь, Дейнар, я всегда отличался предусмотрительностью. И мне горько осознавать, что я допустил непозволительную беспечность, когда дело коснулось тебя и твоей безопасности. Я понадеялся на столько допущений.