Наследие стражей. Иди... Том 1 и Том 2

и вот тут-то меня и накрыло! Вдруг осознал, что если я ничегошечки сначала не понимал, ни из ее речей, ни из разговора с Марной, или того же купца с его охраной, то вот уже с Хомом и старостой беседовал вполне осмысленно! Да и дальше, и девчонку подавальщицу понимал, и песенные тексты, и народец, резвящийся вокруг, и ту же Марну... ну, там, уже позже — в ее спальне.

— Ты только что, что ли понял это, Жень? — удивился гном, когда я объявил во всеуслышание о своем открытии. — Ну, знаешь ли.

Кто бы говорил! А заодно, этот «кто» так часто не подливал бы!

— Это как? — тем не менее, изумился я без обид.

— Это, Жень, магия такая! Ты те слова из дедова письма прочитал-таки вслух?

— Ага.

— Во-от, значит, все верно у тебя вышло.

О как! А я-то, как дурак, дома, когда с английским припекло, и я понял, что для моих нужд школьного запаса не хватает, учил — учил, язык и голову ломал — ломал... и чего мне дед такую золотую фразочку не подкинул-то? Или оно дома не работает так? Ладно — запомним, узнаем.

Между тем, за памятным мне последним двором мы свернули направо и вдалеке, на взгорке, прямо по курсу нарисовался замок во всей своей мрачной красе.

Верста, это сколько? Кажется, чуть больше километра, а значит, неполная пара в верстах, по всякому — не больше двух в километрах будет.

А вот горы раскинулись от нас по левую руку. Утром-то, когда слез со склона, я глянул на них конечно.

Тот косогор, с которого спускался я, едва выделялся коричневатой полосой, как продолжение заросшего кустами склона. А вот дальше и ввысь горы пошли на увеличение. Сначала такие же холмистые возвышенности, какие я оставил там, в своем мире под Геленджиком, за ними — дальше, скальные вершины, лишь частично крытые лесом, а в самой дали, сливаясь с облаками, виднелись настоящие заснеженные пики.

Глава 11

Но любовался я горами недолго. Вскоре, стоило миновать обнесенный частоколом длинный огород последнего дома, как дорога ощутимо пошла на подъем. Мелкий, меж тем, сейчас тоже тянул живот немалым таким весом, хотя помнилось хорошо, что утром я его практически сразу перестал ощущать.