Память пушистой бабочки

Могла ли мать скрыть от родной дочери страшную тайну? Она поморщилась. Могла. Она могла посчитать, что юная Элизабет захочет убежать из дома, как хотела когда-то убежать сама и обречет себя на бедную жизнь, на которую себя обрек несчастный Даниэль. И все же оставался шанс, что все сказанное и все услышанное было простой случайностью. По щекам девушки струйками текли новые слезы. Она вытянул вперёд руку осторожно рассматривая ладонь со всех сторон. Её уже не волновало ни бальное платье, ни сам бал вообще. Её волновались совсем другие вопросы.

Сколько лет Грассхольну? И сколько лет прошло с их последней близости?Забывшись мутным сном только под утро, она вскочила с кровати молнией после первого же стука в дверь. Метнулась к окну. Ещё темно, значит рассвет ещё только впереди.Позавтракав на скорую руку и одевшись Элизабет сидела в комнате как на иголках, нетерпеливо ожидая солнечного позволения отправиться в мастерскую. Когда солнце все же выглянуло она ещё с четверть часа останавливала себя, а после метнулась к выходу из гостиницы. Она спешила в мастерскую, где Грассхольн назначил с ней встречу. Она не волновалась о платье и даже не думала о нем. Ей хотелось задать этому странном мужчине все накопившееся за бессонную ночь вопросы, пригвоздить его к стене и потрошить словами, пока он не выдаст ей всю правду. Ей хотелось знать, не соврал ли ей этот слепой авантюрист и очень хотела, чтобы это оказалось таковым. Тогда бы все вернулось на круги своя и можно было не терзать себя страшными мыслями. На входе она хотела уже было постучаться, но вспомнила что дверь не запрета. Она ворвалась в мастерскую и в темноте лишь немного разогнанной утренним солнцем увидела силуэт мастера, стоящий в зале с её чемоданом в руке. Он выглядел страшно. Рубашка с расстёгнутым воротом, волосы растрепаны, а сам он выглядел измождённым. Он стоял на ногах слегка пошатываясь и как только дверь открылась тихо спросил:— Элизабет, это вы?У неё внутри все сжалось. Все её бесконечные вопросы стёрлись из памяти, а напряжение и страх ослабло как только она вновь его увидела. — Я… — почти прошептала она.Он неровным шагом подошёл к стоящей в проходе Элизабет и осторожно поставил на пол чемодан.— Ваше новое платье готово, уверен вы оцените. — он устало улыбнулся.Элизабет почувствовала что сейчас расплачется. Ей уже не хотелось никаких вопросов, ей хотелось просто стоять и смотреть на мастера мокрыми от слез глазами ожидая что он сам первый захочет все ей рассказать.