Свора певчих

Со мной всё хорошо!» Слабое утешение для повторяющихся из года в год кошмарных ночей, но кто знает, может однажды этот приём сработает, и она перестанет видеть пепельное небо и бесконечный лес с жуткими деревьями, за которым на горе высится огромный, остроконечный замок?..

Когда девушка спустилась вниз, ничто в ней не говорило о том ужасе, что она пережила прошлой ночью. Нет ни единого следа в её жизнерадостных, карих глазах и тонкой мягкости улыбки, что часто держалась на устах. Она негромко напевает незамысловатую песенку, ерошит волосы старшего брата Павла, сидящего с газетой за столом, и чмокает в густую бороду отца Дмитрия, суетящегося у плиты.

Вынимая тост, садится напротив Паши, заправляя ногу под попу, совсем непочтительно сминая платье. Только семья знает, какой была эта ночь. Кошмары навещали Реми без всякой системы, и поначалу отец пытался разбудить дочь, но становилось хуже — девочка грезила наяву и тогда они предпочли сделать вид, что ничего не происходит. Ведь, кроме мешков под глазами и редкой головной боли, так и было.

— Привет, семья! — восклицает Реми, когда отец раскладывает по тарелкам еду, приготовленную приходящей кухаркой, и садится рядом, забирая у сына газетный выпуск. — Так здорово, что мы так внимательны друг к другу!

Реми немного ёрничает, ведь Паша подкручивает регулятор громкости радио, и из него доносятся звуки музыки и голос великолепной певицы, сэвы Валерии.

— Какое утро без музыки, Рэм? Никто ещё в этом доме толком не проснулся, — Паша очаровательно ухмыляется, и его голубые глаза блестят, когда он указывает на полусонного отца, хмурящего брови от очередных заграничных новостей.

— Что за подлецы, — ворчит он, рассеянно принимая из рук дочери тост с маслом и сыром. — Конечно, забота о безопасности, а под этим всё то же самое — не дать своим сэвам убежать за границу.

— Новости из Урласка? От них будет несварение, — легкомысленно отвечает Реми, впиваясь зубами в хрустящий хлеб, мыслями увлекаясь прелестным голосом Валерии.

Сэвы — непревзойдённые певцы.

— Важно знать, что происходит в мире, дорогая, — назидательно отвечает Дмитрий, откладывая тост и возвращаясь к газете. — Знание — это сила.