Свора певчих

А с девицей, до выяснения обстоятельств, разговор будет особый. И без поручителей, легко внушаемых молодых мужчин, — добавил он, цепляя взглядом как Феликса с Робертом, так и было возмутившегося Рене. — В противном случае, поступки будут оценены не в частном порядке, а в соответствии со всей строгостью закона. Напомнить вам обо всех прегрешениях или вы готовы вести себя подобающим образом?

— Рен, всё в порядке. Я ожидала чего-то подобного, — воскликнула Реми, замечая, как вскипает брат. Девушка смело вышла вперёд прямо под немигающий взгляд во́рона.

— Ваше высокопревосходительство — так было бы уместнее. Имею честь представиться — действующий тайный советник, Коршун Ульрих, сударыня. И вам следует хорошенько запомнить моё имя и звание. В моих силах основательно испортить жизнь всем юным птахам, стоящим передо мной, — с ироничной назидательностью отбрил её мужчина.

Даже Рене вздрогнул от имени этого сэва, что уж говорить об остальных.

«Очень высокий чин. Значит я влипла», — сообразила Реми, стараясь не выдать лицом своего потрясения. «Если такой сэв лично вышел взять меня в оборот, дела скверны до безобразия!»

— Вяжите! — Реми выставила руки вперёд. — Но вы, Ваше высокопревосходительство, будете разочарованы.

— Это мы посмотрим, — мягко ответил тайный советник, щёлкнув пальцами.

Девушку аккуратно взяли под руки, выводя наружу к освежающему холоду осеннего полудня. Реми не расслышала, что Ульрих прошептал на ухо Рене, но догадалась, что ничего хорошего.

На улице их уже ожидали остальные во́роны, устроившие всё так, чтобы праздные гуляки и посетители вокзала не заметили деталей происходящего. Реми отделили от остальных и повели в полицейскую машину, однако она успела заметить, как отпустили Вивьен, когда к Ульриху подошёл высокий мужчина в такой же, как и у ребят, военной форме, который сказал что-то негромко, кивая на Виви.

Незнакомец был крайне недоволен Рене, он едва сдерживался, однако заметив, что Реми смотрит, как-то разом успокоился и даже подмигнул ей, что вызвало в ней крайнее удивление.

«Он знает меня?» — подумала она.

— А поаккуратнее нельзя? Меня уже повозили ночью по земле, это, знаете ли, было неприятно! — воскликнула сэва, когда её грубо затолкнули в машину.