Киндрэт. Кровные братья.

Иногда у подростков отключается инстинкт самосохранения.

Мы обошли очередной тягач, и вдруг справа, из темноты дороги, вынырнул черный, лакированный, монстроподобный «Ламборджини Дьяболо». Некоторое время он бесшумно несся рядом, а затем стал настойчиво оттеснять меня к обочине.

— Что он делает, придурок?! — Голос Макса прозвучал неожиданно тонко. — Совсем обалдел?!

— Дарэл, осторожно! — воскликнул Лориан и замолчал. Они оба замолчали, погрузившись в оцепенение. Не оборачиваясь, я накинул на них легкий «морок».

Я остановил «Понтиак», вышел. «Дьяболо» затормозил рядом. Его дверь поднялась, из просторного кожаного нутра дорогого автомобиля выбрался Иован Светлов. Глава клана Вриколакосов.

— Проклятые машины, — пробормотал он, отдуваясь. — Гробы на колесах... Приветствую, Даханавар.

— Доброй ночи. — Я прикусил нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. Настолько забавно выглядел лесной житель — могучий, седовласый вриколакос в дубленой коже и волчьем плаще — рядом с современным, великолепным средством передвижения.

— Извини, что помешал твоему ужину. — Он глянул на Лориана с Максом, полулежащих на заднем сиденье. — Славные щенки.

Я кивнул, принимая извинения и комплимент.

— У меня к тебе дело, — продолжил он, хмуро рассматривая меня из-под густых бровей. Помолчал, расправил широкий пояс, передвинул длинный нож в кожаных ножнах.

Я не торопил, зная, что ему нужно время для формулировки своей неожиданной просьбы.

— Раз уж я застрял в вашем паршивом городе, можно сделать кое-какие дела. Мне нужен переводчик. На один вечер.

— Переводчик?

— Хочу, чтобы ты поразнюхал кое-что. — Вриколакос громко засопел и приблизился. От него тянуло звериной силой, неукротимой, опасной, яростной. — Сегодня у меня встреча с этим. Хочу знать, что у него на уме. А то вертится, как жук в навозной куче. Не поймешь ничего.

Мимо пронесся грузовик, воздушный поток взъерошил шерсть на плаще Иована, бросил мне в лицо горсть капель.

— Ты хочешь, чтобы я выступил в роли сканэра на стороне клана Вриколакос во время переговоров с вьесчи? — спросил я, мгновенно поймав его мысль.

— Точно. — Он огладил свою бороду и довольно улыбнулся.

Я не открыл рот, не уставился на него и не выразил как-либо иначе свое изумление. Но все же вид у меня был озадаченный — Иован ухмыльнулся:

— Ну что?

— Обычно я не вступаю в сделки с другими семьями.

— Работать за так не будешь.