Нулевой иммунитет

Фантазии Джастина притормозились, когда затуманенный эйфорией мозг наконец идентифицировал рыжую вампиршу как Монику Новак: хозяйку этого здания, целого банка и, похоже, не только отряда, но и всего Сеймура целиком.

— Вам не следует пока охотиться, — произнесла Моника и поманила к себе Сеймура изящной рукой с аристократически длинными пальцами.

— У вашего распоряжения есть причина? — осторожно спросил Сеймур и, словно заворожённый, опустился перед вампиршей на колени.

— Целый комплекс, дорогой, — улыбнулась она, а потом взяла со столика небольшой кинжал, инкрустированный множеством камней.

Джастин не мог определить, пугает ли его происходящее или восхищает, но отвращения действо не вызвало: Моника лёгким движением полоснула себя по запястью и протянула руку Сеймуру, который с жадностью припал к ней губами. Через минуту, длившуюся целую вечность, вампирша, нежно касаясь седых волос, остановила его и посмотрела в глаза — на губах заиграла странная, нечеловеческая улыбка.

Выражения лица Сеймура Джастин разглядеть не мог, потому отвёл взгляд, боковым зрением заметив, что застывшая соляным столпом Кэндис побледнела. Устанавливать зрительный контакт ни с одним из вампиров Джастин не хотел, потому пришлось смотреть на причудливые статуи, являющиеся предметами популярного у коллекционеров и, по всей видимости, очень дорого искусства.

— Ну же… всё хорошо, — голос Моники будто обволакивал, проникая внутрь, растекался по пространству, но предназначался исключительно Сеймуру.

— Я позабочусь о тебе…

Прощание со стороны Сеймура было неловким — попытался поцеловать руку Моники, но она не позволила. После вампирской крови его развезло: взгляд стал шальным и блуждающим, а на щеках проявился нездоровый румянец. Но, казалось, всё существо бывалого охотника ликовало — Джастин повидал немало людей под веществами и сейчас отмечал сходство. Шокированная Кэндис тоже не напоминала себя обычную, поэтому Джастин вполне оправданно начал сомневаться в правильности собственной реакции на ситуацию: вдруг чего-то недопонял и потому тупит.

— Она дала мне свою кровь, — оказавшись в машине, заговорил Сеймур, а Джастин сдержал нетактичную реплику: «И-и-и?» — Спустя пятнадцать лет…

— Что это значит? — хриплым голосом спросила Кэндис.

— Ничего хорошего, — Сеймур наконец вернул себе прежний строгий настрой.