Волшебство не вызывает привыкания

Похоже, оба укушенных отдыхали внутри, а вот остальные пациенты, видимо боясь неведомой заразы, решили перевестись на дневной стационар. Всяко безопасней.

– Здоров, одевай, давай! – дядька протянул мне ещё одну самодельную повязку. – Ты чего пришёл?

– Петрович прислал, – принялся я вдохновенно врать, нацепив маску на лицо.

– Да? – заметно удивился дежурный. – Он был тут вот недавно. Чего опять хочет?

Чёрт, похоже, он не так давно заступил на пост, и вряд ли поверит в то, что я пришёл его сменить.

– Ужин приготовили, сходи-ка, подкрепись.

– Уже? – мужик быстренько вскинул запястье с простенькими часами. – Итить колотить, точно! Ты здесь посидишь, да?

– Конечно, для того и пришёл, – я вложил максимум безразличия в голос, хотя самого просто трясло от оголившихся нервов.

– Сейчас-сейчас! – дядька засуетился. – Я быстро! Ты с нами третьим в ночь пойдёшь, так?

– Да куда ж от вас денешься, – с неподдельным вздохом ответил я.

Опасения оказались не напрасны – серьёзных сил здесь не предусматривалось.

Хотя, ничего другого лагерь был не в силах выставить. Пулемётов не завезли.

– Всё, побежал! – махнул мне рукой будущий смертник. – Тебе прихватить?

– Нет, спокойно поешь и возвращайся.

– Хорошо, спасибо!

– Не за что, кушай не обляпайся, – пробурчал я, провожая его взглядом.

Как бы он на радостях не вернулся раньше времени.

Первым делом, чтобы не пороть горячку, я решил сам провести осмотр, хоть в палатке было довольно тесно. Укус у женщины Айболит лишь протёр зелёнкой по периметру, да оставил, как есть.

Выглядел он действительно как довольно старая затягивающаяся рана, от которой вряд ли могло пойти заражение. Вот только и мой палец, порезанный совсем недавно, смотрелся точно так же. А завтра корка вообще отвалится, любой ящерице на зависть. Магия-с.

Аналогичное повреждение у бородача с пивным пузом нашлось без особых проблем – прямо на предплечье. Инициатор в лучших традициях комаров кусал только за открытые части тела, кариес ему во всю ротовую полость. Не удивлюсь, что помимо смертельного вируса, он им впрыскивал что-то вроде анестетика.

Чтобы люди даже не проснулись.

Больше ничего криминального я на телах не обнаружил, окончательно уверившись в своей правоте. Мелькнула, правда, крамольная мысль доказать с помощью собственной регенерации, что раны совсем свежие, но повернуться это могло и в другую сторону.

Петрович изолировал больных не просто так, а чтобы исключить распространение гипотетической эпидемии. И масочки отсюда же.