Волшебство не вызывает привыкания

Ольга тихонько подкатила к заставе и заглушила двигатель, остальные машины скромно пристроились нам в хвост, бампер к бамперу.

– Пошли, знакомиться будем, – девушка кивнула на стоящих у шлагбаума людей.

Я послушно вышел вслед за ней и с удивлением обнаружил, что больше никто из всего каравана к нам присоединяться не спешил. К встречающим отправились лишь мы трое, так что намечающиеся переговоры предстояло вести мне в одиночку. От этой мысли поутихшие голоса в голове принялись снова неразборчиво бормотать, но я усилием воли затолкал их обратно.

Справлюсь, куда деваться. Главное – не сморозить какую-нибудь херню, как обычно.

От статусов, висящих над головами людей, перед глазами немного зарябило, так что прочитать лидера получилось, лишь когда тот выдвинулся нам навстречу, заметно припадая на левую ногу. Трость, на которую он опирался, напоминала перекрученное корневище-плавун, отполированное водой до матового блеска. Такие часто валяются на морском или речном берегу, принимая порой самые причудливые формы.

Александр «Пересвет» Дудников.

Уровень – 7.

Я прочёл надпись дважды, прежде чем понял, что приписка между именем и фамилией является чем-то вроде игрового прозвища. До этого мне ничего подобного не попадалось.

– Значит, ты и есть местный Фидель Кастро? – с лёгкой усмешкой поинтересовался мужчина, протягивая узкую сухую ладонь.

– Скорее уж – Че Гевара, – ответил я, вспомнив, что кое-то из беженцев был совсем не против моего расстрела.

– В любом случае, привёл всех этих людей сюда – именно ты. Зачем?

От такого простого вопроса в лоб я оторопел, едва не брякнув чистую правду – чтобы переложить ответственность за их безопасность на чужие плечи. Другими словами – избавиться от них поскорей. В конце концов, становиться на место Плотникова у меня никогда и в мыслях не было.

– Рад, что ты всерьёз раздумываешь над ответом, – продолжил мужчина. – Но всё же, хотелось бы услышать твою версию.

– Затем, что не могу гарантировать их безопасность.

– Никто не может, – развёл он руками, приподняв трость над землёй. – Возможно, нас завтра сравняют с землёй или превратят в пепел.