Волшебство не вызывает привыкания

Были и классические русские избы разной степени обветшалости, с коньками на крышах и выкрашенными в синий цвет оконными рамами, и вполне современные коттеджи из кирпича или бруса. Некоторые оказались дополнительно обшиты сайдингом, а крыши – волнистым металлопрофилем. И все были практически целые – серьёзных разрушений, как в «Садке» я не заметил. Кое-где попадались покрытые пылью машины, в основном отечественного производства, и по ним тоже явно никто не топтался.

Из обитателей мне встретился лишь одинокий мертвяк, степенно прогуливающийся в одном из дворов, но к нему я лезть не стал, сосредоточившись на крайних участках.

И уже через полчаса в моём активе числилась вполне добротная рабочая одежда с крепкой обувью и неплохая фомка, в качестве универсального ключа от всех дверей.

Очень часто я натыкался взглядом на пятна сажи, оставшиеся от погибших людей, но выяснить спустя столько времени, что с ними произошло, было под силу лишь гению криминалистики. Вряд ли они все разом умерли от простого испуга, увидев живых мертвецов, так что приходилось вести себя по возможности скромно и тихо.

К сожалению, пропылесосить каждое строение не получилось. Где-то всё оказалось запертым на тридцать замков, а в некоторых домах невозможно было дышать без маски – холодильники протекли и травили округу не хуже химического оружия. И всё равно я умудрился раздобыть немного сухарей и напиться из работающей колонки.

Вот только вдоволь насладиться трапезой тоже оказалось не судьба. Где-то дальше по дороге отчётливо грохнуло чем-то металлическим, как будто кувалдой по капоту автомобиля с размаху заехали.

Я весь обратился в слух и различил гортанный трубный рёв, сменившийся новым хлопком.

Там определённо кто-то не поделил территорию. И встречаться с победителем мне совсем не хотелось.

Я с сожалением положил сухари в карман штанов-карго и хотел уже покинуть увитую плющом беседку, в которой собирался перекусить, как наткнулся взглядом на существо, устроившееся на соседнем заборе.

И это была явно не бродячая кошка, а скорее всего – один из тех самых уродцев, кто прогнал илютинцев с родных земель.

Всё как описывал Плотников, только про хвост с острой кисточкой он не упоминал. Ростом монстрик похвастаться не мог – всего сантиметров шестьдесят в длину, но мышцы у него отчётливо бугрились под серой кожей. Когти мелкие, а вот зубы вполне отчётливо торчали из пасти. Пусть и не такие, как у вурдалака, но всё равно они внушали уважение.