Здесь и сейчас

В крови нет следов наркотиков, а приглашённый психиатр твёрдо заявил, что Важевич вменяем.

Канн побеседовал с ним снова, когда узнал, что тот дважды в течение дня звонил в 911 и тревожно шептал, что сосед его убьёт.

Важевич повторял:

— Он убил бы меня. Я должен был защитить себя, как вы не понимаете?!

Во всём остальном Важевич был совершенно адекватен.

Почему же нормальный человек уверился в том, что сосед решил его убить после пустяковой фразочки?

Чертовщина какая-то!

Детектив решил копнуть с другой стороны.

Со стороны жертвы. Томас Джексон, двадцать шесть лет, продавец бытовой техники в крупной компании. Женат, детей нет. Никаких проблем с законом. Обычный американец: непогашенный студенческий кредит, почти новый “форд”, каждый год отдыхал заграницей, любил бейсбол, болел за “Янкиз”.

На работе коллеги тоже в один голос твердили, что Том ни с кем не ссорился. Вернулся из отпуска полный сил — продажи до небес взлетели!

— Он же всегда середнячком был. Нормальный продавец, ну, как все, — поведал грузный администратор отдела кухонной техники.

— А тут всего три дня на работе, а уж точно работником месяца стал бы! По-моему, у него вообще всё покупали! Представляете, он позавчера спрятался в подсобке, потому что устал от покупателей! А ему же процент с каждой покупки капает. Я ему говорю: ты чего? У тебя сколько сегодня? А он мне: сорок три продажи!

Толстяк аж глаза выпучил, заново переживая потрясение, и Канн его понимал: четыре десятка продаж за день — это что-то невероятное. Сверхъестественное.

— А жалобы на него были?

— Нет, — покачал головой толстяк. — А, пару дней назад пришла злющая женщина с глючным чайником. Том к ней вышел и говорит: я вам продал хорошую вещь. Она его выслушала, кивнула: видимо, это сын испортил, мол, ну я его! И ушла. И всё. Даже гарантийный ремонт не потребовала.

Утром Канн снова вызвал вдову. Долго расспрашивал её о муже, а в ответ слышал лишь, что Том очень хороший.

— Особенно в последние дни, как приехали из Мексики. Как будто второй медовый месяц.

Канн насторожился: снова ему говорят, что покойный изменился после поездки.

— Расскажите о вашем отпуске.

Женщина изумлённо подняла на него глаза:

— А какое это имеет значение?

Канн профессионально нахмурился: мол, так надо!

Вдова вздохнула и принялась рассказывать: тепло, море, фрукты, весёлые мексиканцы.

— А где именно вы были?

— На Юкатане. Ездили в Вальядолид. У пирамид были. По сувениркам ходили. Смотрели сеноты. Жуткие такие дырки в земле.