Море волнуется раз...

В прошлом году эта царица окрестных пятнадцати соток выходила сидеть под штормовым ветром в одном легком платье уже с марта.

Я присмотрелась повнимательнее. Святые тушонки, как она вообще это кресло выперла на улицу?! Может, кто из соседей помог, я-то точно не выносила - погода какая была всю весну! Точно надо с забором что-то решать - этот штакетник никуда не годится, а старая ведьма, похоже, не только его, но и меня переживет.

- А вот и я, - не стала спорить я, выходя из машины.

К счастью, в деревне было относительно сухо, похоже, ливень был только в городе.

Скрипнув калиткой, я вошла на участок. Старуха поднялась из кресла, выпрямившись в свой немалый рост. Время не согнуло ее спину, хотя и пыталось, поэтому она по-прежнему взирала на меня сверху вниз. Мы дежурно обнялись и, обмениваясь последними новостями о работе, рассаде и ревматизме, прошли в дом.

Ужинать я на всякий случай отказалась, не теряя надежды успеть вернуться в свою берлогу хотя бы сегодня, а в идеале – вообще засветло. Но Гутя, похоже, была настроена на длительный визит, что было на нее совсем не похоже.

Растопленный по всем правилам камин для большего уюта особенно удивил – в доме давно было проведено отопление.

Бабка, кряхтя, достала из древнего, как она сама, "шифоньера" штоф коньяка и два бокала. Прошаркала кожаными тапочками к камину и только утвердив свои странные яства на маленьком столике, уселась в старинное кресло с высокой спинкой. Я была удивлена до крайности этими молчаливыми деловитыми приготовлениями.

Не то, чтобы она была трезвенницей, мы, бывало, коротали с ней вечера под горячительные напитки у камина, но уж больно торжественный и, в то же время, трагичный был у нее вид.

- Садися, што встала? - проворчала она, кивая мне на второе, более современное, кресло.

Пообещав себе никак не комментировать эти странности, я молча села, приготовившись слушать. Если что, доктора можно вызвать и попозже. Михаил Иванович, конечно, не психиатр, но живёт через три дома и присматривает за давлением старушки по моей просьбе уже не один год.

- Пришло время для серьезного разговора, - прокашлявшись, сообщила она, переставая коверкать язык. Вопреки своей привычке, она не стала закидывать ноги на пуфик, несший свою вахту для такого случая у ее кресла. Я вопросительно посмотрела на столик. – И, лучше, налей себе бокальчик… хех… да и мне заодно. Разговор предстоит нелегкий…

Сейчас она больше всего была похожа на древнюю ведьму, греющую старые кости у открытого огня.