Коза 1, или попаданка по отбору

– В коробке?

– Ну да. Цельсию помнишь?

И тут моя бизнес-партерша эффектно выплыла из коробки.

– Ой, живая! Как здорово! – Вероника попыталсь обнять гостью, но руки прошли насквозь.

– Здравствуйте, госпожа Вероника! Я тоже рада видеть вас в добром здравии – мне показалось, что, несмотря на официальный тон, гостье понравилась непосредственность радостной встречи.

– Здравствуйте, госпожа Цельсия – поправилась Вероника – прошу вас, проходите к столу.

И мы прошли в кухню. Пока болтали и приговаривали тортик с чаем, Цельсия с видом великосветской дамы поддерживала беседу.

– Ты что же, и не поживёшь у меня? – я даже обиделась.

– Твоему заявлению нужно дать ход – объяснила Цельсия – а я приду недели через две-три – и исчезла.

Ну а я поехала домой, уже не на такси, а на бюджетном автобусе.

Комиссия по расследованию попытки вымогательства прибыла через день, когда я собиралась ехать раздавать листовки.

– Здравствуйте, уважаемая госпожа магистр Мария! – услышала я тихий голос.

– Здравствуйте, уважаемые. Не соблаговолите ли принять истинный образ, мне кажется, так всем будет удобнее.

– Благодарю вас, госпожа магистр. Что поделаешь, такая инструкция – произнёс один из мужичков, и скомандовал – сбросили личины, быстро!

Теперь в моей прихожей стояли трое полупрозрачных ракообразных, точь-в-точь как Цельсия. Хотя нет, у одного на шее, то есть между головой и руками, поблескивала цепочка с красноватым камушком, а на двух руках болтались фенечки.

– Мы по поводу вашего заявления, госпожа магистр. Нам сообщили о вопиющем случае вымогательства, госпожа, не могли бы мы ознакомиться с заявлением?

– Пожалуйста, проходите – я пригласила их в комнату и положила на стол написанное по настоянию Цельсии заявление – читайте, а я пока позвоню на работу.

Набрала Ибрагима и сообщила, что сегодня, скорее всего, не приду.

– Зачем не приду? – не согласился тот.

– Никак не могу, потом объясню – хотела соврать про сорванный кран в ванной, но не решилась из-за гостей. Блин, честные какие!

– Когда сможешь сегодня приходи, очень надо – бросил трубку Ибрагим. Вообще он неплохой, и не пристаёт почти, но сегодня не до него.

Высокая комиссия заканчивала читать заявление.

– Какое безобразие! – оторвался от бумаги начальник. Вернее, начальница.