Гастарбайтер. Наши в Польше и Чехии

– Нельзя, – улыбается она. – Но вон там я этого не увижу.

– Спасибо большое, – улыбаюсь в ответ.

Сажусь в углу, достаю пирог, колочу чай, смотрю в окно, ем. До прибытия поезда еще два часа.

А в самом здании вокзала есть комната ожидания, где даже не очень пованивает бомжами. Так, слегка. А еще, чтоб таращиться не просто в стенку, на ней изображена громадная картина советской жизни, довольно красивая, как по мне. Смотри и рассуждай. О прошлом, о будущем прошлого, о ценностях, о мечте и вере, строителях, разрушителях, условиях и потребностях, равенстве, братстве, войне и мире во всем мире.

А потом я уехал домой. Чай был хуже утреннего, как и погода. По телевизору крутили то же самое – принц Персии потерялся в песках времени. Зеленский и Арнгольтс полюбили друг друга на полтора часа эфирного времени. А нарисованные богатыри спасали Киевскую Русь; жаль, что они реальны лишь под кистью художника, гляди не пришлось бы искать лучших дней на чужбине.

Сидим дома, ждем ответа. Через неделю позвонил курьер и сказал:

– Я подъехал.

Счастья полные штаны. Я второпях вскрываю конверт и вижу вклеенную на всю страницу визу. Открыли!!! – ликую так, словно получил положительный ответ от будущей жены. Но жизнь такая зебра (а в нашей чудной стране она уж совсем вороная, ну ладно, может с маленькой полоской – побелкой испачкалась). Звоню я, в общем, такой довольный драгоценной «Лингвисте», а мне грустным голосом отвечают:

– Вы знаете, у нашего человека в Польше возникли проблемы с законом – но не подумайте, по другим вопросам – так что вариант с Голландией временно отменяется.

– Как отменяется? Да вы что? Да я ж только из-за него и визу открывал.

– Я вас понимаю, нам очень жаль, ну, вот так случилось. Форс-мажор. Никто не мог такого предвидеть. У нас такое впервые и т. д. и т. п.

Мир рухнул следом за Голландией и законопослушной жизнью поляка – человека «Лингвисты».

– Но мы можем вам подобрать работу в Чехии, Польше. Раз у вас уже открыта виза, не пропадать же ей зря.

Да-а…а я-то думал, губу развесил. Стряхиваю побелку, в которую попал, было, случайно возомнив ее кусочком зебры, и отвечаю:

– Ну, что ж. Диктуйте.

И она диктует: стройки там, стройки сям; если не хотите стройки, есть заводы, мясокомбинаты…

– Стоп, – говорю. – Какие заводы, какие стройки? Я вам сразу сказал, что мне нужно.

– Это все, что есть на данный момент.