Добро пожаловать в Икебукуро!

Глянув на специфические суши, мужчина машинально потянулся к ним и разом съел одно, практически не прожевав. Вновь ощутил себя в реальности.

— Суши помогают. Суши — хорошо, — улыбнулся Саймон, рекламируя суши, словно то была панацея.

Шизуо не спорил. Ел молча предложенные порции, игнорируя цены. На удивление было вкусно, даже сытно.

— Знаешь, я столько раз желал ему смерти в лицо, — неожиданно заговорил он. — Слова могут убить. Смехотворная вероятность, но… — Хейваджима положил обратно недоеденный кусок и отстранился от стола, глядя на Саймона.

— Почему у меня такое чувство, что это я его убил? И почему мне вообще… жаль этого мерзавца, он же…

— Ш-ш-ш, — приложил указательный палец к своим губам русский темнокожий. — У нас на родине о мёртвых или хорошо, или ничего.

Хейваджима разозлился. Глупая традиция! И что теперь, молчать? Ничего хорошего у этой «блохи» нет! Не было… А даже если и было, то Шизуо об этом не знал. И уже никогда не узнает! Раздражало.

Если бы не Саймон, мужчина разнёс бы всё вокруг. Сейчас Шизуо действительно готов был взвыть зверем. Боль и вина выжигали изнутри. Но с чего вдруг? Они ненавидели друг друга. Они неоднократно пытались друг друга убить. Так почему же?

— Я просто хотел, чтобы он оставил меня в покое, — обессиленно произнёс Хейваджима, опустившись перед чернокожим другом на колени. Шизуо и не думал никогда, как много места он занимал в его жизни. — Этого было бы достаточно.

— Завтра…

— Я приду, — не дал он Саймону договорить.

Следующим утром Хейваджима долго бродил по округе. Кремация уже должна была начаться. Интересно, сколько народу пришло проститься? Убедиться, что помеха, а для кого-то ценный источник информации, исчезла. Курури и Майру точно будут. Шинра, должно быть. Одному будет не так страшно. Страшно? Чего боялся Шизуо? Встретиться с истиной? Убедиться, что его Немезида покинула этот мир? Почему правду было так тяжело принять?

Шаг за шагом он всё же дошёл до кладбища — последнего пристанища.

Увидев гостя, девочки-близняшки подбежали к нему.

— Ты пришёл, ты пришёл! — весело затараторила Майру. — Теперь, когда наш братец мёртв, ты устроишь нам встречу с Юхеем?

Улыбка не сходила с её лица. Бледного и истощённого. Под глазами у обеих девочек виднелись припухшие синяки и красные разводы от недавно пролитых слёз. Всё это выглядело так неестественно.