Лучший из худших-4

Интересно, сколько «вованов» есть в городе и его окрестностях.

Словно прочитав мои мысли, Буренин, он же – Буря, сказал:

- Их тут целый батальон квартирует. Я у них губе сидел… дважды…

- И как? – обернулся я, вспоминая свои злоключения на гауптвахте в Череповце.

Меня там сунули в собачью будку» и заставили дышать разведённой в воде хлоркой.

До сих пор ненавижу этот разъедающий лёгкие запах!

- Ну как… - хмыкнул он. – Остались неизгладимые впечатления… Любят, суки, над нашим братом-залётчиком поизгаляться.

- Святое дело, - согласился я.

Дальше пошли дома, от старых, больше похожих на деревенские избы, до солидных кирпичных коттеджей, окружённых высокими заборами. И тут и там мы видели людей: кто-то набирал воду из колодца, и, услышав шум вертолёта, распрямился и задрал подбородок вверх, чтобы было удобнее наблюдать, кто-то косил траву триммером, трое мужиков, раздетых до пояса, заливали бетоном фундамент какой-то постройки…

Неужели никто ещё не сообразил, что их жизнь самым решительным образом поменялась или, занимаясь привычным делом, было легче принять это известие и хоть как-то успокоиться.

То тут, то там попадались «аварийки» и коммунальщики в красных касках и жилетках, кислотно оранжевой или жёлтой расцветке.

Копал рыхлую землю экскаватор, а рядом лежали водопроводные трубы.

Потянулись сугубо городские кварталы: преимущественно панельные, гораздо реже – кирпичные пятиэтажки, выросла высокая труба котельной, из которой курился дымок.

Центр утопал в зелени, везде высокие аккуратно подстриженные деревья, заросли кустов, цветы… Чувствовалось, что растительность любят и за ней ухаживают.

Вертолёт пошёл на снижение неподалёку от здания городской управы, на верху которого была красовалась башня, наподобие пожарной каланчи.

Нас встречали двое представительного вида мужчин – видимо, какие-то чиновники местной администрации, вместе с ними несколько силовиков: полицейский, жандарм и сразу трое армейских офицеров, придерживающих руками фуражки, чтобы те не слетели от воздушных вихрей, поднимаемых лопастями.

Подполковник сразу направился к ним, а нам разрешили на короткое время покинуть вертушку и «перекурить».

Обычно солдатские перекуры сопровождаются смехом, байками и анекдотами, но нам было не до веселья.