Лучший из худших-4

Потом ещё раз, и ещё!

Тварь неожиданно для нас не устояла, ножки подломились, и она плюхнулась на землю.

Только праздновать победу было рано. Это создание оказалось полным сюрпризов.

Откуда-то из-под панциря вылезла длиннющая и нескладная конечность, увенчанная острым когтем цвета металла. Сомнительно, чтобы его достали чтобы погрозить нам и сказать «ай-яй-яй»!

Я понятия не имел, что нам ожидать, но на всякий случай решил подготовиться, мобилизовав манну внутри себя.

Как не бывает одного лекарства от всех болезней, так и не существует магической защиты от всех угроз.

Однако предпринимать что-то было архиважно и архинужно.

Я решил пойти проторенным путём, поставив между бэхой и тварью барьер. Он не был большим и широким, по моим прикидкам простирался в высоту метров на пять, причём, чем выше, тем слабее, и был похож на щит, задача которого заключалась в том, чтобы если не отбить, так хотя бы погасить вражеский удар.

И удар не заставил себя долго ждать.

Кончик ногтя «краба» заискрился, стал походить на подожжённый бенгальский огонь, а потом с него вдруг слетела молния.

Мощная дуга врезалась в магический барьер, растеклась по нему в тщетной попытке преодолеть преграду. С нашей стороны это смотрелось крайне эффектно. Никто, кроме меня, понятия не имел, что сдерживает энергетический хлыст (так я его для себя назвал) твари.

Накопленный запас манны стремительно таял, барьер и в обычных-то условиях – штука затратная, а мне пришлось отбивать удары в тысячи, если не десятки тысяч вольт.

- Гаси её, Лан! Ты чего не стреляешь?! – зашёлся в раж от возбуждения Штырь.

Не мог же я ему ответить, что если начну бить в «краба», то сам же разрушу свой барьер, и тогда нам точно поплохеет.

На моё и наше счастье, первым сдался «краб». Дуга исчезла, в воздухе сразу запахло озоном как после хорошей грозы.

Я облегчённо выдохнул, снял магическую защиту и стал нашпиговывать тварь свинцом, попеременно поливая её то из пулемёта, то из пушки.

Панцирь существа хоть и был крепким, но всё-таки не предназначался против огнестрельного оружия.

Через какое-то время он не выдержал, треснул в одном месте, в другом, а затем рассыпался подобно разбитому стеклу автомобиля, явив спрятанное за ним розовое и тщедушное тельце иномирянина.

Оно выглядело одновременно отвратительно и жалко. Первое чувство во мне перевесило, и я с наслаждением перечеркнул туловище очередью, почти разорвав его пополам.

Надеюсь, эта гадина не обладает способностями к регенерации.